Импортозамещение в России: почему заказы уходят к китайцам

Российские производители электротехнического оборудования недовольны действующим законодательством об импортозамещении. Представители Курского электроаппаратного завода (КЭАЗ) обратились к вице-премьеру Юрию Борисову с просьбой разобраться с дырой в законодательстве, из-за которой иностранное оборудование до сих пор поставляется через госзакупки, несмотря на наличие отечественных аналогов. Если проблема не решится и весь рынок займут иностранцы, тысячи россиян рискуют потерять работу. Минпромторг разрабатывает проект акта о запрете на покупку импортной электроники.

Хотя курс правительства России предполагает углубление импортозамещения, на деле в актуальном законодательстве остаются дыры, из-за которых иностранное электротехническое оборудование продолжает поступать на российский рынок. Даже несмотря на наличие отечественных аналогов оно попадает на строящиеся объекты — в том числе, в рамках госзакупок.

В частности, на эту проблему обратило внимание руководство Курского электроаппаратного завода (КЭАЗ). Соответствующее письмо (есть в распоряжении «Газеты.Ru») компания направила курирующему процесс импортозамещения в России вице-премьеру Юрию Борисову. Из правительства оно было переадресовано в профильное ведомство — Минпромторг.

В беседе с «Газетой.Ru» управляющий группой компаний КЭАЗ Ярослав Иванов отметил, что

даже несмотря на то, что действующее законодательство предполагает использование отечественной продукции вместо зарубежной, если на рынке существуют произведенные в России аналоги, на практике этот принцип работает далеко не всегда.

Дело в том, что предприятия, которые производят закупки в рамках 44 и 223 ФЗ (устанавливают правила проведения госзакупок), ориентируются на получение в рамках одного аукциона комплексных работ. Из-за этого подрядчик фактически остается волен самостоятельно выбирать необходимые для этого компоненты.

«Им хочется купить сразу готовую услугу, и они укрупняют свои лоты на аукционах так, чтобы они подразумевали полный комплекс всех мер и оборудования, необходимых для того, чтобы получить определенный финальный результат. Им так легче все это администрировать, потому что провести сотню различных маленьких тендеров гораздо сложнее», – объясняет Ярослав Иванов.

В результате получается, что в один лот попадают сразу проектно-изыскательские, монтажные и сервисные работы, которые подрядчик обязывается производить в течение жизненного цикла самой услуги. Проще говоря, компания, которой нужно построить дорогу, заказывает не только полотно из асфальта, но и его проектировку и обслуживание в течение определенного временного периода.

Что касается конкретно электротехнической продукции, российские энергетики привыкли пользоваться зарубежными аналогами просто потому, что раньше в России подобные вещи не производили.

Используя золотое правило «работает – не трогай» они, не имея возможности прописать в тендере продукцию определенного производителя (так как это противоречит антимонопольному законодательству), все равно просят поставить определенные модели, угрожая подрядчикам тем, что в противном случае «замучают претензиями и не подпишут итоговые акты»,

сетует Ярослав Иванов.

Так везде

Эту проблему признают и другие участники отрасли. Так, в беседе с корреспондентом «Газеты.Ru» гендиректор ассоциации дистрибьюторов и производителей электротехники «Честная позиция» Владимир Кашкин рассказал, что из-за того, что предприятия заказывают комплексные услуги, происходит подмена понятий и национальный режим не соблюдается, так как под такие заказы де-факто закупается все, что угодно.

«Это сильно мешает российским производителям развиваться и расширять свое производство. Во всем мире есть практика защиты своих рынков, в том числе, и за счет тарифного регулирования. И наше государство, когда придумывало этот режим, тоже рассчитывало, что это поддержит национальных производителей, даст им возможность успешнее участвовать в госзакупках», – сказал Владимир Кашкин.

Зачастую это приводит к тому, что отечественные производители не имеют возможности поставлять оборудование для находящихся на этапе строительства проектов.

«Не знаю, от чего это зависит и кто за это отвечает, но часто случается, что тендер выигрывает иностранная компания, хотя наша продукция не хуже», – сказал корреспонденту «Газеты.Ru» гендиректор Раменского электротехнического завода «Энергия» Ашот Акопян.

В результате российские заводы, выпускающие электротехническую продукцию, оказываются в очень тяжелом положении.

«Без крупных проектов и инвестпрограмм такое оборудование фактически не востребовано на рынке – впрок на склад такую продукцию никто не покупает, – отметил Владимир Кашкин из «Честной позиции». – Так что мы всегда идем за стройкой, а поскольку сейчас некоторые инвестпроекты отменяются, а крупные стройки замораживаются, естественно, это накладывает огромный отпечаток на всю нашу отрасль».

«Белорусские креветки»

Еще один важный аспект этой проблемы – практика некоторых российских импортеров по ввозу оборудования из других стран и его продаже под видом произведенного на территории России.

В беседе с «Газетой.Ru» вице-президент Торгово-промышленной палаты (ТПП) Елена Дыбова рассказала, что организация пристально следит за этим и, к сожалению, подобные случаи до сих пор – не редкость.

«Палата как экспертная организация занимается подтверждением страны происхождения товара. Наши эксперты выезжают на место и проверяют, смотрят производство. Были случаи, когда по госзакупкам вставляют тысячу единиц продукции, а наши эксперты на месте видят, что по производительности оборудования компания больше ста единиц просто не может выпустить», – рассказала Елена Дыбова.

Зачастую такое оборудование приходит из Китая, и, по сути, подрядчики обманывают своих заказчиков, выдавая его за российское. Когда такие случаи удается выявить, к компаниям применяются санкции за уклонение от исполнения контрактов, поскольку по факту они не могут поставить соответствующее российское оборудование в необходимом объеме. Причем

даже если изначально подрядчики ориентировались на закупку российского оборудования, в итоге они меняют его на китайское не от хорошей жизни. Проблема в том, что государственных средств, на которые планировалось провести все соответствующие работы, уже не хватает на момент начала строительства.

«Представьте, что строится объект, и на него были выделены государственные деньги. И если сам проект предлагался в условном 2017 году, то деньги выделяются уже после прохождения всех необходимых этапов спустя несколько лет. Разумеется, к этому времени продукция уже успела подорожать», – объясняет Ярослав Иванов из КЭАЗ.

При этом в России существует специальный реестр – РЭП – в который включается продукция именно отечественного происхождения. Этот реестр ведет профильное министерство – Минпромторг. Но на деле зачастую оказывается, что попадание в этот реестр ни на что не влияет.

«Включение в этот реестр – сложный, но, как показывает практика, довольно бессмысленный процесс. У каждого есть свои требования – у тех же федеральных сетевых компаний они свои, и невзирая на то, что ты попал в РЭП, после этого ты должен на тендерах бороться со всеми подряд», – сказал гендиректор «Энергии» Ашот Акопян.

Схожее мнение выразили и представители КЭАЗ. В письме Юрию Борисову представители завода предложили законодательно закрепить присутствие в этом реестре единственным способом подтверждения российского происхождения продукции.

Представители завода подчеркнули, что у них нет принципиального расхождения с Минпромторгом, который ведет этот реестр. Но по сути ведомство находится между молотом и наковальней, и существенно ускорить процесс импортозамещения в России ему не так-то просто.

«С одной стороны им нужно поддержать отечественного производителя, а с другой – построить определенный объект в конкретные сроки за определенный бюджет. Учитывая, что многие такие объекты имеют стратегическое значение для России в целом, они выбирают второе и делают то, что могут с тем, что есть», – объяснил Ярослав Иванов из КЭАЗ.

Проблему пора решать

В комментарии «Газете.Ru» Минпромторг ответил, что знает о существовании перечисленных проблем и активно работает над их устранением. В частности,

ведомство разрабатывает проект акта об установлении запрета на покупки импортной электроники, который будет завязан на РЭП. Причем запрет будет распространяться на соответствующие работы и услуги.

«Помимо указанных мер, спрос на отечественную продукцию будут стимулировать недавно принятые законы о минимальной квоте закупок. При этом необходимо отметить, что помимо актов по регулированию закупок, необходима и корректировка отраслевых стандартов», – добавили представители ведомства.

Если Минпромторг сможет довести эту работу до конца, отечественные производители электротехнического оборудования смогут не просто расширить свое присутствие на рынке, но и развить отрасль, фактически утерянную после развала СССР.

Тот же КЭАЗ изначально был создан по указу Совнаркома СССР Лаврентия Берии — соответствующее постановление он подписал в ноябре 1945 года. Тогда завод носил название «Электроаппарат». По данным открытых источников, в первое время на нем работало около 150 человек.

Нынешнее руководство завода не рассчитывает на то, что ему удастся занять весь электротехнический рынок в стране хотя бы потому, что его мощности не смогут покрыть весь существующий внутренний спрос. Но и отказываться от достижений последних лет оно тоже не хочет.

«В 2002 году КЭАЗ принадлежал пяти тысячам акционеров, имел долги перед налоговой и еле выживал. Из него вообще хотели сделать торговый центр. И только в 2005 году нынешний акционер консолидировал у себя 51% акций, раздал долги, а потом мы начали работать над тем, что было разрушено и догнать иностранцев, занявших наш российский рынок», – сказал Ярослав Иванов «Газете.Ru».

Главное, по мнению Ярослава Иванова, в том, чтобы развивался не только КЭАЗ, но и все остальные заводы в стране, выпускающие аналогичную продукцию.

Топ-менеджер отметил, что сейчас доля завода на российском рынке автоматических выключателей в деньгах составляет 3%. Для того, чтобы обеспечить производство этой продукции, на КЭАЗ трудятся 2 тыс. человек. А существенное расширение присутствия отечественных производителей на внутреннем рынке позволит создать дополнительные рабочие места, в которых страна сейчас нуждается.

«И эти цифры по всей отрасли примерно одинаковые – если доля отечественной продукции на рынке вырастет до 30%, то это – 15 тыс. рабочих мест, 50% – 25 тыс. занятых», – подытожил Ярослав Иванов. Для сравнения, на конец первого квартала прошлого года общий штат сотрудников одного из крупнейших российских предприятий – тольяттинского «АвтоВАЗа» – составлял 36 тыс. человек.

  • Автор: Александр Лесных
СЛЕДУЮЩИЙ МАТЕРИАЛ РАЗДЕЛА "Технологии"