"Горючий камень" на весах истории (продолжение)

Эстонская сланцевая отрасль до и после Великой Отечественной войны

Хозрасчетные лагеря

Восстановление эстонского сланцевого хозяйства началось в сентябре 1944 года, сразу же после освобождения территории республики от немецких захватчиков. Инвентаризация имущества сланцевых карьеров и шахт показала удручающую картину – в наличии имелись всего два десятка мотовозов и электровозов и около сотни электрических и пневматических бурильных машин, в основном, в неисправном состоянии.

Также огромной проблемой была нехватка кадров. В связи с этим из действующей армии были оперативно демобилизованы все местные горняки, а из угольных регионов страны (Подмосковье, Южный Урал, Кузбасс) прибыли инженеры, техники и высококвалифицированные рабочие, занявшиеся ремонтом неисправного и установкой нового оборудования.

Основным поставщиком рабочей силы стал ГУЛаг, а точнее, его подразделение — Главное управление по делам военнопленных и интернированных НКВД. Первый лагерь военнопленных, рассчитанный на 5 тыс. человек, был создан в октябре 1944 года на месте бывшего немецкого лагеря на территории сланцевой шахты Кява-1. Через полгода из польского Белостока в поселок Кивиыли был передислоцирован большой лагерь численностью около 13 тыс. человек. Вскоре в поселке Ахтме появился третий лагерь военнопленных, крупнейший в Прибалтике — 14 тыс. человек, 8 лагерных отделений, включая сельскохозяйственное. Все лагеря получили статус «производственных единиц, состоящих на хозяйственном расчете».

Забегая вперед, скажем, что всего за пять лет (1944–1949) через эстонские лагеря прошли более 73 тыс. военнопленных и интернированных, занятых, в основном, на строительстве сланцевых, химических и энергетических предприятий, а также жилья и объектов соцкультбыта в Кохтла-Ярве. Часть военнопленных восстанавливала Таллин, где во время войны были разрушены или серьезно повреждены половина жилых домов, почти все крупные промышленные предприятия и Таллинский порт.

Отметим, что уровень смертности в лагерях Эстонии был самым низким в СССР — в них за все время умерли 3,5 тыс. человек (4,8% от общей численности). Это объясняется продовольственным самообеспечением, сравнительно мягким климатом, похожим на северогерманский, и развитой инфраструктурой, что позволяло, в частности, обеспечить лагерников квалифицированной медицинской помощью. При этом было довольно много беглецов (более тысячи человек), что, видимо, было вызвано географической близостью Эстонии к «фатерланду».   

Количество военнопленных постоянно уменьшалось в связи с отправкой их на родину. Первые партии освобожденных — инвалидов, больных и ослабленных — уехали домой еще в 1945 году. В 1949 году, после окончания строительства газопровода Кохтла-Ярве — Ленинград, Эстонию покинули последние военнопленные. 

Через реки и болота

Но вернемся к первому этапу восстановления сланцевого хозяйства. К началу победного 1945 года добыча сланца в Эстонии была восстановлена почти на всех промыслах, кроме шахты Ubja и карьера Viivikonna, которые были пущены в 1946–1947 годах. 

В марте 1945 года Государственный комитет обороны СССР принял решение о строительстве в Кохтла-Ярве первого в мире газосланцевого завода по проекту института «ЛенГИПРОгаз». Через три месяца ГКО принял более развернутое и комплексное постановление «О восстановлении и развитии сланцевой промышленности Эстонской ССР и Ленинградской области и об обеспечении газом города Ленинграда». Ключевыми моментами этого важного документа были установка планового задания по добыче 13,2 млн тонн сланцев в год и решение о прокладке магистрального газопровода Кохтла-Ярве — Ленинград длиной 262 км (с межпромысловыми трубопроводами) и диаметром 530 мм, а также о восстановлении 170 км существующих газовых магистралей.

Базовый документ зафиксировал и ряд более локальных решений — создание Наркомата сланцехимической промышленности Эстонской ССР и Эстонского энергетического управления Наркомата электростанций СССР, закладку новых сланцевых шахт и прокладку к ним подъездных железнодорожных путей, строительство нового сланцеперерабатывающего производства в Кохтла-Ярве и завода газовой аппаратуры в Ленинграде. Большую часть необходимого оборудования для сланцевых рудников и заводов, треста «Ленгазопроводстрой» и конторы «Ленгоргаз» должны были изготовить различные ленинградские предприятия.

Проектирование магистрального газопровода было поручено, казалось бы, непрофильной организации — Ленинградскому отделению Всесоюзного треста «Гидроэнергопроект» (скорее всего потому, что трубу нужно было прокладывать в сложнейших гидрологических условиях — через местность, изобилующую реками и болотами). Параллельно с проектированием и инженерными изысканиями, ленинградцы занялись поисковой геологией, сформировав две геологоразведочные экспедиции и курсы буровых мастеров.

Сухопутный архипелаг

В том же богатом событиями 1945 году вся эстонская горнодобывающая промышленность была объединена в государственный трест Eesti Põlevkivi («Эстонсланец»). Трест развил активную деятельность, восстановление добычи сланца шло очень быстрыми темпами. Эстонские шахтеры в течение короткого времени получили и освоили много нового оборудования, включая шахтные конвейеры, врубовые машины, буровые каретки, бульдозеры, автоматизированные погрузочные машины и электровозы. 

Стали применяться и новые технологии добычи сланца — в частности, столбовая система разработки с длинными забоями и спаренными лавами, которая позднее, в 60-е годы стала преобладающей. В итоге довоенный уровень добычи сланца — 1,9 млн тонн в год — удалось достичь уже в 1946 году. 

Не был забыт и социальный аспект. «Столица» сланцевого бассейна — рабочий поселок Кохтла-Ярве — 15 июня 1946 года получил статус города. Вслед за этим ленинградские институты ГИПРОшахт и «Горстройпроект» начали готовить генеральный план застройки нового города.

Реализация генплана привела к необычному для компактной Эстонии результату: в состав Кохтла-Ярве были включены все окрестные шахтные, рудничные и заводские городки и поселки — Йыхви, Кивиыли, Кукрузе, Ахтме, Сомпа, Ору, Пюсси и Вийвиконна. Таким образом, Кохтла-Ярве сильно разросся, превратившись в «архипелаг» общей площадью более 6 тыс. гектаров, состоящий из «островов», разбросанных по обширной территории (более 50 км в длину). 

Административным ядром Кохтла-Ярве стал район Ярве (Соцгородок). Между промышленной и жилой зонами была устроена зеленая зона шириной 2,5 км, включавшая городской парк культуры и отдыха, лесопарк и зону отдыха на берегу Финского залива. Началось активное жилищное, социальное и инфраструктурное строительство; в числе первых объектов был проложен водовод от озера Консу, существенно улучшивший водоснабжение быстрорастущего города.

Газ для «северной столицы»

В начале 1947 года проект газопровода Кохтла-Ярве — Ленинград был готов, и на трассу вышли строители, в основном, военнопленные и заключенные. Поскольку работы велись в местах ожесточенных боев, параллельно с землекопами трудились саперы, нашедшие и обезвредившие более 11 тыс. снарядов, мин и гранат. 

Сверхсложная трасса пересекла 47 рек, обширные болота общей протяженностью 37 км, 30 автомобильных и 8 железных дорог; было построено 110 переходов через естественные и искусственные преграды (одно только шоссе Ленинград — Таллин газопровод пересек 12 раз!).

Несмотря на все трудности, строительство магистрали заняло всего полтора года. 6 ноября 1948 года на станции Броневая близ Ленинграда (сегодня — район в черте города) торжественно зажгли газовый факел, и трубопровод был пущен в эксплуатацию; он стал первой в мире магистралью для транспортировки сланцевого газа. 

Начав с прокачки 73 млн кубометров газа в год, оператор трубопровода (Главгазтоппром) за 10 лет увеличил объем поставляемого газа в 5 раз, что стало хорошим топливным подспорьем для огромного города, пережившего страшную блокаду. В 1959 году в Ленинград протянули газовую нитку с юга, по которой с Украины и Ставрополья пошел природный газ (метан). Магистраль Кохтла-Ярве — Ленинград была переведена в реверсивный режим, что обеспечило ускоренную газификацию Кохтла-Ярвеского промышленного района; высвободившийся объем сланцевого газа, в основном, поступил на местные теплоцентрали.

Эстонские рекорды

Тем временем добыча и переработка сланца набирала темпы. Новые рудники появлялись как грибы — шахты Ahtme (1948), Jõhvi (1949), Sompa (1949), Tamiku (1951), Käva (1953), Viru (1964) и Estonia (1965), карьеры Sirgala (1963), Narva (1970) и Oktoober (1974). Estonia стала крупнейшей в мире сланцевой шахтой; наряду со старой, но весьма продуктивной шахтой Kohtla она давала рекордные объемы добычи. На всех промыслах была внедрена комплексная автоматизация: в шахтах работали высокопроизводительные комбайны, на карьерах — огромные гусеничные электрические экскаваторы ЭКГ.

К концу 70-х годов в Кохтла-Ярвеском промрайоне действовали 7 шахт, работавших на стометровой глубине, и 4 карьера, эксплуатировавшие более доступные пласты на глубине до 30 м. Подземная разработка велась двумя основными методами — камерно-столбовым и камерно-лавным. Помимо сланца, в регионе добывались торф и местные строительные материалы — глина, известняк, песок, щебень и бутовый камень. 

Существенный рост ресурсной базы позволил построить в районе Нарвы крупнейшие в мире сланцевые электростанции — Прибалтийскую ГРЭС имени Ленинского комсомола (пуск первого агрегата состоялся в 1955 году) и  Эстонскую ГРЭС имени 50-летия СССР (1969). С их запуском сланцевое топливо (природный сланец и сланцевый газ) обеспечило около 95% общей выработки электроэнергии в Эстонии. 

К 1958 году кадровый голод в эстонском сланцевом хозяйстве был, в основном, преодолен (в том числе, за счет открытия Вирумааского технического колледжа и сланцевого факультета Таллинского технического университета), что позволило, в частности, освободить женщин от подземных работ. В том же году в Кохтла-Ярве был создан НИИ сланцевой промышленности; разработанные институтом новые технологические процессы переработки сланцев существенно расширили номенклатуру выпускаемой продукции.

Так, в 1962 году Кохтла-Ярвеский сланцеперерабатывающий комбинат имени В.И. Ленина начал производить бензол и толуол, а затем карбамидные смолы, формалин, бензойную и серную кислоты. В 1968 году в Кохтла-Ярве был построен завод азотных удобрений, а в Ору — торфобрикетный завод. В целом сланцевая промышленность региона производила около ста наименований продукции, включая косметические товары (например, краску для волос) и фармацевтические препараты. 

Активно способствовал развитию Кохтла-Ярвеского промрайона выходец из этих мест Йоханнес Кэбин, возглавлявший Эстонию рекордно длительное время с 1950 по 1978 год. При этом Кэбин неплохо разбирался в нефтянке — после окончания Института красной профессуры он преподавал в Московском нефтяном институте имени И.М. Губкина. Интересно, что довоенный руководитель независимой Эстонии Константин Пятс тоже был сведущ в нефтяных делах: в 20-х годах он работал юрисконсультом в Нефтяном синдикате ВСНХ СССР.

Исторический пик

Добыча горючих сланцев в Эстонии достигла пика в 1980 году — 31,4 млн тонн в год; тогда же был поставлен и рекорд по производству «сланцевой» электроэнергии — 18,9 ТВт/ч. Население Кохтла-Ярве, самого молодого города Эстонии, достигло 87 тыс. человек; по этому показателю город вышел на третье место в республике (после Таллина и Тарту). Четверть населения Кохтла-Ярве работала в сланцедобыче (объединение «Эстонсланец») и на смежных предприятиях нефтехимии и энергетики — комбинате «Сланцехим» имени В.И. Ленина, Кивиылиском сланцехимическом заводе и Кохтла-Ярвеской ТЭЦ. 

Отметим, что и Кохтла-Ярве, и соседние Нарва и Силламяэ были и остаются преимущественно русскоязычными городами (русские составляют более 70% населения этих городов).  

Надо упомянуть и о важной для сланцевой отрасли деятельности Таллинского машзавода, который в 1971 году был назван в честь известного эстонского писателя и государственного деятеля Йоханнеса Лауристина. Этот завод много лет являлся головным предприятием Минхимнефтемаша СССР по конструированию и опытному производству сланце- и газохимического оборудования. Так, таллинцы первыми в СССР освоили производство аппаратов воздушного охлаждения для газового производства; часть этой высокотехнологичной продукции шла на экспорт. Когда в 1979 году началась мега-стройка – прокладка магистрального газопровода Уренгой – Помары – Ужгород – завод поставил строителям магистрали не только фирменные теплообменники, но и несколько тысяч комфортабельных вагончиков, которые потом местное население, проживавшее вдоль трассы, охотно приспособило под временное (а иногда, увы, и под постоянное) жилье. 

Кризис и ренессанс

После распада СССР сланцевое хозяйство Эстонии погрузилось в глубокий кризис, но спустя 10 лет ввиду повышения мировых цен на нефть пережило ренессанс. В 2006 году, когда отмечалось 90-летие эстонской сланцедобычи, общий объем добытых в Эстонии сланцев перевалил за отметку 1 млрд тонн. 

В тот период Эстония являлась крупнейшим в мире производителем сланца (80% мирового объема) и
вторым (после Китая) производителем пиролизной нефти в мире; практически вся нефть уходила на экспорт, где, в основном, использовалась для производства смазочных масел. Кроме того, себестоимость эстонской «сланцевой» электроэнергии была самой низкой в Европе. 

В настоящее время сланцехимическая и сланцеэнергетическая отрасль Эстонии контролируется госконцерном Eesti Energia AS (шахта Estonia, карьер Narva и электростанции Eesti Elektrijaam и Balti Elektrijaam) и частным предприятием Viru Keemia Grupp AS (новая «постсоветская» шахта Ojamaa и Кохтла-Ярвеский сланцехимический завод). 

Европейская «зеленая повестка» предусматривает прекращение сжигания горючих сланцев для производства электроэнергии к 2035 году и сжигания сланцевого газа к 2040 году, а к 2045 году должен быть закрыт и сланцеперерабатывающий завод. Но пока это неточно.

Герои трудового фронта

Николай Федорович Погребов (1860–1942) родился в Санкт-Петербурге. В 1878 году окончил механическое отделение Санкт-петербургского реального училища. С 1884 года учился в Горном институте имени Императрицы Екатерины II в Санкт-Петербурге. В 1887 году как народоволец был сослан в Архангельскую губернию на 3 года. 

В 1891 году, после возвращения из ссылки, окончил институт и стал работать в Геологическом комитете геологом, а затем старшим геологом. В 1921 году был арестован и приговорен к двум годам принудительных работ, но вскоре по ходатайству известных ученых был освобожден от наказания.

С 1930 года — профессор Ленинградского горного института; одновременно — старший научный сотрудник Центрального научно-исследовательского геологоразведочного института. С 1941 года — заведующий отделом военной геологии Всероссийского научно-исследовательского геологического института имени А.П. Карпинского,консультант штаба Балтийского флота по инженерной геологии, руководитель рабочей группой по водообеспечению социальной сферы Ленинграда. Умер от голода в блокадном Ленинграде. 

Основоположник отечественной гидрогеологии и инженерной геологии, Заслуженный деятель науки РСФСР (1940), крупный специалист по геологии Прибалтийского сланцевого бассейна, автор 130 научных работ, включая монографию «Прибалтийские горючие сланцы» (1919).

Пауль Николай Когерман (1891–1951) родился в Ревеле (Таллин) в семье рабочего газовой фабрики. В 1908 году окончил среднюю школу, после чего работал учителем. В 1918 году окончил химический факультет Юрьевского (Тартуского) университета, после чего служил в Эстонской национальной армии, участвовал в войне за независимость. 

В 1921 году окончил Имперский колледж Лондонского университета по специальности «химик-технолог», после чего преподавал в Тартуском университете к качестве доцента, а затем профессора; одновременно руководил университетской лабораторией по изучению горючих сланцев. В 1926 и 1933 годах работал как приглашенный лектор в Цюрихской высшей технической школе (Швейцария), в 1927–1928 годах — в Гарвардском университете (США). С 1929 года — председатель Эстонского общества естествоиспытателей. 

С 1936 года — ректор Таллинского технического университета, с 1938 — академик вновь созданной Академии наук Эстонии, депутат Национального совета (парламента) Эстонии, с 1939 — министр народного образования Эстонии. 

После советизации Эстонии в 1940 году депортирован в Свердловскую область, где трудился на общих работах. В 1945 году досрочно освобожден, работал заместителем заведующего кафедрой органической химии Таллинского технического университета. В 1946 году единственным из довоенных академиков переизбран в действительные члены Академии наук Эстонской ССР. С 1947 года — директор Химического института Академии наук ЭССР. В этот период активно занимался восстановлением и развитием производства в Прибалтийском сланцевом бассейне. 

Основоположник современных исследований горючего сланца, награжден эстонскими орденами Почетного легиона и Белой звезды. 

Артур Хейнрихович Луха (1892–1953) родился в 1892 году в поселке Кейла Эстляндской губернии (ныне – город в уезде Харьюмаа, Эстония) в семье фермера. В 1912 год окончил гимназию имени Николая I в Ревеле (Таллине), затем учился в Тартуском университете. С 1918 года служил в Эстонской национальной армии, участвовал в войне за независимость, затем работал учителем естествознания и директором гимназии в Раквере.

В 1922 году окончил Тартуский университет, после чего преподавал в вузе, с 1947 — директор Геологического института Академии наук Эстонской ССР.

Крупный специалист по геологоразведке горючих сланцев Эстонии. Доктор геолого-минералогических наук (1930), профессор (1945), действительный член Академии наук Эстонской ССР (1946).

Карл Карлович Орвику (1903–1981) родился в поселке Кохтла Везенбергского уезда Эстляндской губернии (ныне — город Кохтла-Ярве уезда  Ида-Вирумаа, Эстония). В 1922 году окончил гимназию в Раквере, в 1930 — Тартуский университет, после чего преподавал там в качестве ассистента, старшего преподавателя, профессора и заведующего кафедрой геологии. С 1947 года — старший научный сотрудник, с 1954 — директор Геологического института АН Эстонской ССР

Крупный специалист по геологическому строению территории Эстонии, председатель Эстонского общества естествоиспытателей (1946–1952), доктор геолого-минералогических наук, профессор (1944), академик АН Эстонской ССР (1954). 

Григорий Волчек