Вихри враждебные
ОБЪЕДИНЕНИЕ ЛИДЕРОВ НЕФТЕГАЗОВОГО СЕРВИСА И МАШИНОСТРОЕНИЯ РОССИИ
USD 72,56 -0,16
EUR 85,46 -0,53
Brent 0.00/0.00WTI 0.00/0.00

Вихри враждебные

Российская нефтянка была не только мотором прогресса, источником благосостояния государства и его геополитического могущества. В начале 20 века нефтепромыслы (в первую очередь, бакинские) были крупнейшим в стране «рассадником революционной заразы».

Блеск и нищета

На заре ХХ века полуостров Апшерон доминировал на глобальном нефтяном рынке — здесь добывалось 95% всей российской и более половины мировой нефти. Кроме того, в Баку и его предместьях работали несколько крупных НПЗ, продукция которых (в основном, светильный керосин) поставлялась на внутренний рынок баржами и танкерами по Каспию и Волге, а на внешний — по Закавказской железной дороге и далее морем через нефтеналивной порт Батуми. В нефтяном бизнесе Баку были сконцентрированы огромные финансовые и материальные ресурсы, сюда вкладывали средства первоклассные международные инвесторы самого высокого уровня. Совокупные платежи в государственную казну составляли около 1 млрд рублей в год.

Всего на Апшероне работали более ста крупных, средних и мелких нефтяных компаний. Внутриотраслевую координацию осуществлял весьма влиятельный Съезд нефтепромышленников, неформальным лидером сообщества была крупнейшая нефтяная компания России и Европы «Товарищество братьев Нобель».

Увы, экономический бум и финансовый блеск Баку сопровождался социальной нищетой. Многие работники бакинских нефтепромыслов трудились и жили в очень тяжелых условиях: грязные бараки, 14-часовой рабочий день, низкая зарплата, отсутствие охраны труда. Тем, кто работал на Нобелей, а также на ряд других крупных социально-ориентированных предпринимателей (Александра Манташева, Зейналабдина Тагиева, и т.п.), жилось существенно лучше: рабочий день — 9 часов, жилые поселки с квартирами, бесплатные школы, детские сады и больницы. И, тем не менее, общий фон был весьма мрачным. Примерно аналогичной была ситуация и на других кавказских промыслах и НПЗ — в Грозном, Майкопе и Батуми.

Неудивительно, что среди нефтяников были весьма популярны революционные идеи. Так, именно на Батумском НПЗ, принадлежавшем Ротшильдам, получил «боевое крещение» юный Иосиф Джугашвили (будущий Сталин), организовавший в начале 1902 года двухмесячную массовую забастовку. Администрация, сначала сделавшая значительные уступки рабочим, затем прибегла к услугам полиции, жестоко подавившей стачечные выступления, что привело к значительным жертвам: 15 человек были убиты, 54 — ранены. Впоследствии великий писатель Михаил Булгаков посвятил этим событиям пьесу «Батум», которая в советское время была запрещена к постановке (подробнее – см. материал «Жемчужина у моря»).

Главным революционным эпицентром юга Российской империи был Баку, где, в частности, начиналась партийная карьера Леонида Красина, Степана Шаумяна, Прокопия Джапаридзе, Мешади Азизбекова, Анастаса Микояна, Лаврентия Берии и других видных большевиков. Подпольная бакинская типография «Нина» была одним из основных мест тиражирования партийной газеты «Искра». Именно на бакинских нефтепромыслах в июле 1903 года началась первая в России всеобщая забастовка. Но все это было только преамбулой к основным событиям. 

Военное положение

Считается, что революция 1905 года началась в «Кровавое воскресенье» 9 января, когда мирное шествие петербургских рабочих к Зимнему дворцу было расстреляно полицией. Но можно отсчитывать начало революции и с декабря 1904 года, когда по итогам массовой забастовки, остановившей все бакинские нефтепромыслы, был подписан первый в России коллективный договор рабочих с нефтепромышленниками.

Эта стачка завершилась без крови — так сказать, социальным миром. Но уже спустя полтора месяца в Баку пролилась первая кровь, причем, в связи не с классовыми, а межэтническими противоречиями — в результате ожесточенных столкновений армянских и азербайджанских рабочих (хотя, казалось бы, чего им было делить?).

18 февраля 1905 года по указу Николая II в Бакинской губернии было объявлено военное положение; наведение общественного порядка было поручено войскам. Военные, действуя жестко и топорно, только усилили протестную активность. Заполыхал весь южный Кавказ — от Баку до Сухуми. 

Конечно же, усиленно подливали масло в огонь профессиональные революционеры, в первую очередь, большевики. Так, III съезд Российской социал-демократической рабочей партии, проходивший вапреле 1905 года в Лондоне под председательством Ленина, принял по кавказским событиям отдельную резолюцию:

«Съезд поручает Центральному и местным комитетам партии принять самые энергичные меры… к своевременной поддержке Кавказа всеми имеющимися в их распоряжении средствами».

Вскоре Ленин еще раз вернулся к этому важному вопросу:

«Кавказ, Польша и Прибалтийский край… именно такие центры, где восстание подготовлено всего лучше, где массовый характер пролетарской борьбы всего сильнее и ярче выражен». 

Основным орудием большевиков была пропаганда, устное и печатное слово. Усилиями революционных агитаторов в Баку в короткие сроки была создана мощная система подпольной печати, включавшая в себя 6 газет — «Бакинский рабочий», «Бакинский пролетарий», «Гудок», «Рядовой», «Банвори Дзайн» (арм. — «Голос рабочего») и «Коч-Девет» (аз. — «Призыв»), а также бессчетное количество листовок и прокламаций. 

Погромы и поджоги

Апогеем революционных событий в Баку стали жаркие во всех смыслах августовские дни 1905 года, когда рабочие начали поджигать нефтепромыслы. Больше всех пострадали Балаханы-Сабунчи и Биби-Эйбат, где остановились три четверти скважин. В целом по Апшерону были выведены из эксплуатации более 1,4 тыс. скважин — почти 60% их общего количества. Серьезный ущерб был нанесен и нефтепереработке — из 68 НПЗ остановились 24. 

Экономический коллапс сопровождался, увы, очередными межэтническими столкновениями, убийствами, грабежами и мародерством. Общий ущерб составил огромную по тем временам сумму — 20 млн рублей. Баку завоевал в Российской империи печальное первенство по размаху революционных выступлений — по официальной статистике, каждый бакинский рабочий в 1905 году принял участие в пяти стачках, перераставших в массовые демонстрации и вооруженные столкновения с полицией и войсками.

Все это нанесло огромный вред нефтянке — общее производство нефти и нефтепродуктов за два года (1904–1906) сократилось на четверть — с 392 до 295 млн пудов в год. 

«Вред всей России»

В разгар наиболее драматических событий, 24 августа 1905 года, на имя кавказского наместника, командующего Кавказским военным округом генерала от кавалерии Иллариона Воронцова-Дашкова поступила директива государя-императора: 

«Находившиеся в Петербурге нефтепромышленники обратились ко Мне с телеграммой, прося защиты служащих и рабочих на нефтяных промыслах, объятых пламенем и разграблением бушующею толпою. Вред, нанесенный нефтяным промыслам, есть вред не только русской промышленности, есть вред и всей России, ибо недостаток топлива грозит всюду самыми тяжелыми последствиями. Дело охраны промыслов есть вопрос первейшей государственной важности!».

Через месяц, 22 сентября, в Санкт-Петербурге состоялось экстренное совещание нефтепромышленников, выдвинувших ряд требований, включая организацию собственной вооруженной охраны промыслов.

Надо сказать, что вопрос об усилении полицейской службы в Баку, как говорится, перезрел. Еще в самом начале ХХ века был подготовлен доклад, констатировавший несоответствие сил правопорядка объективным реалиям:

«Баку характеризуют следующие обстоятельства: обширность территории города, своеобразный характер промыслового и фабрично-заводского населения, склонного к пропаганде социал-демократических идей, разнородность населения (40 народностей различной религиозной принадлежности), сложные климатические условия, азиатский характер построек с тесными улицами, которые могут служить засадой и укрытием злоумышленникам, поголовная вооруженность населения и его склонность к кровной мести.

Последний раз штаты полицейской команды города были утверждены 1 июня 1895 года, а проектировались они еще в конце 1880 года, когда население Баку составляло 83 тыс. человек (теперь — свыше 200 тыс. человек). По Губернскому положению, в городах с большим числом населения на одного городового должно приходится 500 человек, однако в Баку один городовой приходится на 1000 жителей. 

В связи с этим необходимо существенно увеличить штат полиции».

Увы, как это часто бывает, очень разумное и аргументированное предложение было положено под сукно. К решению этой проблемы приступили только через пять лет, когда уже вовсю грохотал революционный гром.

Силы и средства

Не дожидаясь реакции государственных органов, Съезд нефтепромышленников разработал собственную программу усиления полиции в Баку и его пригородах. В ней, в частности, предлагалось:

Кроме этого, планировалось перевооружение полиции и оснащение ее современными техническими средствами транспорта и связи. 

Планировалось также повышение денежного довольствия полиции, включавшего в себя жалование, столовые, квартирные, разъездные, а также пенсии по старости и выслуге. Например, по новому штатному расписанию полный годовой доход полицмейстера составлял 4500 рублей, пристава — 1800, городового — 1400, околоточного — 800. Для понимания тогдашней покупательной способности рубля уточню, что говядина стоила 15 копеек за фунт, а каравай пшеничного хлеба — 8 копеек. 

Кроме денег, высшим чинам полиции полагалось служебное жилье: для полицмейстера предусматривалась квартира с 7-ю комнатами, для помощника — 5-комнатная. 

Резко увеличившиеся расходы на содержание полиции были поделены — в Баку деньги выделили из городского бюджета, а в пригородах — из средств нефтепромышленников, создавших для этого специальный фонд. 

Кстати, спустя год, в октябре 1906 года, штат полиции был дополнительно увеличен: Бакинское полицмейстерство — до 843 человек, Балахано-Сабунчинское — до 787 человек. И снова расходы были поделены между бизнесом и государством примерно пополам.

Отметим, что практика государственно-частного финансирования полиции, эффективно применявшаяся в Баку, была отнюдь не уникальной — так, на Урале и в Сибири активное участие в содержании полиции принимали местные золотопромышленники.

Новая политика

Очевидно, что подавление революционной активности велось не только силовыми методами. 17 октября 1905 года царь подписал знаменитый манифест, даровавший России довольно широкий по тем временам набор политических прав и свобод, а также учреждавший новый законодательный орган — Государственную Думу. 

В стране появилась легальная публичная политика, в том числе, оппозиционная. На политическую авансцену вышли люди новой генерации — такие как бакинский депутат Госдумы первого созыва Алимардан-бек Топчибашев, азербайджанский просветитель, юрист, журналист, тесно сотрудничавший с вышеупомянутым нефтепромышленником Тагиевым. Впоследствии левоцентрист и умеренный исламист Топчибашев стал одним из «отцов-основателей» и председателем парламента Азербайджанской Демократической Республики — первого светского государства в мусульманском мире.

Увы, как мы знаем, октябрьский манифест не дал стране долгосрочной политической стабильности — спустя 12 лет произошла Октябрьская революция, поставившая крест на эволюционном развитии российского государства. 

Радикально изменилась и нефтяная промышленность России, но это, как говорится, уже совсем другая история. 

Григорий Волчек

Дополнительная информация

Идет загрузка следующего нового материала

Это был последний самый новый материал в разделе "Upstream"

Материалов нет


Подпишитесь бесплатно на наш Нефтегазовый Вестник!
Тысячи руководителей по всему миру уже ежедневно получают
самую актуальную информацию о нефтегазовой экономике.

Наверх