Троянский конь по-арабски

Классический и абсолютно надежный способ похоронить любую бредовую идею, против которой невозможно выступать открыто, — утопить ее в деталях. Похоже, именно такой путь избрали арабы в борьбе с западной политикой «зеленых» стандартов.

В коммюнике по итогам встречи министров энергетики стран G20 29 сентября говорится об одобрении подхода Саудовской Аравии к управлению вредными выбросами парниковых газов в рамках концепции «круговой углеродной экономики» (CCE − circular carbon economy). С 1 декабря 2019 года Саудовская Аравия председательствует в G20, встреча министров была созвана по инициативе принца Мухаммеда бин Салмана Аль Сауда, который на ней и председательствовал.

Круговое движение

Доклад, представленный арабским принцем, носил вызывающее для «зеленых» название «Холистический подход к управлению углеродом» (A holistic approuch to carbon management). «Холистический» в переводе — глобальный, всесторонний, комплексный. Одним названием принц дал понять свое отношение к однобоким европейским антиуглеродным документам, в чем невозможно с ним не согласиться. 

Типичная антиуглеродная картинка, например, из последнего доклада МЭА, выглядит так:

В европейских документах и докладах МЭА есть только выбросы СО2 в разных ракурсах и ничего больше.

А вот как выглядят картинки из доклада Салмана: 

Вот почти философский подход к проблеме круговорота углерода:

Более детальное изображение того же подхода.

Соотношение между картинками похоже на соотношение доклада девятиклассника-троечника к сообщению на научной конференции.

Круговая углеродная экономика философски противопоставляется «линейной экономике» — «бери, делай, выбрасывай», — опирающейся на представление о некой сквозной системе безграничных ресурсов и безграничной способности поглощать отходы (именно такой является нынешняя капиталистическая экономика с ее лозунгом «выбрасывающего общества» одноразовых вещей). Круговая экономика по-арабски: 1) разумно сократить потребление ресурсов, предоставляя те же товары и услуги с расходованием меньшего количества ресурсов; 2) развивать повторное использование вещей; 3) перерабатывать материалы, которые не могут быть использованы повторно. Фактически, Салман бросает принципиальный вызов таким столпам западного образа жизни, как: меняй машины как можно чаще (а не то будет кризис в автопромышленности), меняй одежду с каждым изменением моды, гонись за новыми гаджетами — в этом смысл жизни.

В докладе также осуждается «линейный» подход к сокращению выбросов: «далеко не идеальный подход к решению этих проблем состоит в том, чтобы сохранить ту же линейную модель и просто обходиться меньшим, минимизируя использование ресурсов и связанные с этим отходы. Такой подход неизбежно означает снижение качества жизни для всех, особенно по мере того, как население продолжает расти, создавая еще большую нагрузку на природные системы. Такой подход был бы особенно тяжелым ударом для бедных стран мира, которые все еще стремятся удовлетворить свои основные потребности».

«Полезный» углерод

Министрам энергетики G20 ничего не оставалось, как признать в коммюнике «ключевую важность сокращения выбросов парниковых газов с учетом эффективности системы и национальных условий, в том числе конкретных ресурсов, а также политических, экономических, экологических, социальных условий и условий развития с учетом рисков». В европейских «зеленых» докладах о «социальных условиях» не говорится ни слова.

Описывая концепцию круговой углеродной экономики, Салман приводит такую картинку:

Обращает на себя внимание включение в схему дерева и почвы, которые, наряду с водной биотой, являются крупнейшими поглотителями углерода из атмосферы. Если, по предложению принца Салмана, запустить цикл исследований (а большинство уже имеется в готовом виде) о влиянии углерода на биосферу, то невозможно будет исключить обнародование в СМИ такого, например, «криминального» факта: рост концентрации СО2 в атмосфере крайне благоприятен для растений. 

Экспериментально показано, что для большинства видов растений оптимальная для роста наземной и подземной частей концентрация СО2 в атмосфере составляет более 1000 ppm при нынешних 395 ppm. В случае увеличения концентрации СО2 примерно до 1000 ppm для травянистых растений увеличение прироста биомассы находится в диапазоне 10–55%. Для древесных растений получены значения 50–100%. Только добавление в окружающий воздух 300 ppm СО2 приведет к росту продуктивности фруктовых деревьев и бахчевых культур — на 24%, бобовых — на 44%, корнеплодных — на 48%, овощных — на 37%. Мировая проблема нехватки продовольствия была бы решена.

Вот еще цифры: с 1971 по 1990 гг. на фоне роста концентрации СО2 на 9% отмечалось увеличение содержания биомассы в лесах Европы на 25–30%. За последние десятилетия область южной Сахары и прилежащих территорий заметно позеленела на спутниковых снимках. Обширное исследование, проведенное в штате Мэриленд, выявило ускорение роста деревьев в 2–4 раза за последние 200 лет. Анализ причин ускорения роста растений показал, что главными факторами были рост температуры воздуха и рост концентрации углекислого газа в атмосфере. С 1982 по 2010 гг. в зоне полупустынь в целом на планете наблюдался рост зеленой массы растений на 11% при неизменном количестве осадков. 

В свете этих данных борьба с ростом концентрации в атмосфере CO2 выглядит прямо противоположно тому, что пытается доказать «гриншиза», делающая все, чтобы мы больше никогда не увидели таких деревьев.

Все начинается с идеи

В арабском докладе, подготовленном, кстати, под руководством человека с вполне англо-саксонским именем Эрик Уильямс (Eric Williams) в Центре нефтяных проектов и научных исследований имени короля Абдаллы (The King Abdullah Petroleum Studies and Research Center — KAPSARC), при каждой возможности политкорректно следуют ссылки на труды МЭА, но чаще всего такие, которые показывают полную эфемерность безуглеродной экономики. 

Например, модель МЭА по скромному росту атомной энергетики ловко пристегнута к расчету NEA (Nuclear Energy Agency), в котором утверждается, что при выработке МВт электроэнергии на МВт установленной мощности атомная энергетика производит вдвое меньше СО2, чем оффшорные ветростанции, и в три раза меньше, чем гелиоэлектростанции — удар «зеленым» прямо в солнечное сплетение. 

«Зеленые», считая уже вроде как бы выигранной борьбу против атомных станций, переключились на борьбу с СО2, и тем самым автоматически возбудили интерес к атому. Скрывать, что атомная энергия дешевле и вообще безуглеродная, получается не очень. Недавно в ОАЭ заработала первая на Ближнем Востоке атомная электростанция, а Японский регулятор по атомной энергетике одобрил (!) строительство первого коммерческого завода по производству ядерного МОХ-топлива (англ. Mixed-Oxide fuel), вырабатываемого из отработанного в существующих реакторах ядерного топлива. Такое топливо может быть повторно использовано на атомных электростанциях. Сейчас это основное направление в атомной энергетике до отработки технологии реакторов на быстрых нейтронах, обеспечивающих человечество энергией до конца мироздания.

При обсуждении проблемы использования выделяемого в производственных процессах СО2 для производства синтетического топлива Салман со ссылкой на МЭА приводит такие цифры: затраты на такое синтетическое топливо составляют от 200 до 650 долл. США за баррель. Конечно, развитие технологий сделает синтетическое топливо дешевле, говорят в МЭА, — всего 110–440 долл. США/б. Синтетический метан будет стоить всего 20–65 долл. США за MMBtu (на момент написания статьи цена природного газа в США 2,8 долл.). Нефтяники и газовики могут спать спокойно.

В разделе о водороде в докладе написано, опять же со ссылкой на МЭА, что «зеленый» водород (получаемый при разложении воды) в три раза дороже, чем синий водород (получаемый из газа при захоронении выделяемого СО2). 

«Арабы» вообще считают самым безвредным и дешевым способом утихомирить «зелень» через закачку СО2 в подземные хранилища — всего 20 долл. за тонну, к тому же, наверное, уверены — все равно газ потом обратно вылезет.

Много возможностей скрывается в такой фразе доклада: «торговля углеродом дает странам, не имеющим потенциала для хранения углерода, возможность продолжать использовать углеводороды, платя другим компаниям и странам, имеющим потенциал для хранения, за хранение большего количества углерода». Действительно, почему бы Европе не платить за улавливание углерода сибирскими лесами и бразильскими и африканскими джунглями, а всем прибрежным странам Азии, Африки и Океании — за поглощение СО2 биотой в их исключительной экономической зоне?

Требование считать весь углеродный цикл опять же подталкивает к идее заставить развитые и «зеленые» экономики платить за СО2, выделяемое при обращении с отходами. Например, любопытно было бы подсчитать, сколько СО2 выделяется при разложении захороненного под землей пластика отработанных лопастей ветростанций?

В знаменитой книге Самюэля Хантингтона «Столкновение цивилизаций» обсуждается вопрос о борьбе цивилизаций за лидерство среди человечества. А любое лидерство начинается с идеи. Доклад Салмана можно рассматривать как заявку на такое лидерство. Особенно на фоне сообщений вроде: подразделение Shevron и компания Brightmark LLC заявили о создании предприятия по улавливанию метана от отрыжки коров.

Материал подготовлен
Институтом развития технологий ТЭК (ИРТТЭК)

СЛЕДУЮЩИЙ МАТЕРИАЛ РАЗДЕЛА "Экология"