«Бюджетный фанатизм?» Почему в России невыгодно производить бензин

По мнению экспертов, меры жесткого налогового бремени на нефтянку были бы оправданы в условиях бюджетного дефицита

По мнению экспертов, меры жесткого налогового бремени на нефтянку были бы оправданы в условиях бюджетного дефицита

Словосочетание «международная конкуренция на глобальном нефтяном рынке» только на первый взгляд кажется далеким от обычного россиянина понятием. Однако это то, что касается каждого из нас. Ведь, как бы ни хотелось иного некоторым зарубежным компаниям, которые пытаются развивать альтернативные источники энергии, пока нефть – то есть традиционные углеводороды – является основой энергетического баланса планеты. И войны на Ближнем Востоке, ситуация в Венесуэле говорят нам именно об этом. Но готовы ли российские нефтяные компании включиться в эту международную борьбу на равных и в этой борьбе побеждать, ну или как минимум не уступать своим западным и восточным коллегам в борьбе за рынки? И какую роль в этом играют налоги? Разбирался «ФедералПресс».

Конкуренция на мировом нефтяном рынке растет, и уже несколько лет подряд здесь задает тон тройка лидеров. Кроме России и Саудовской Аравии немалую роль в глобальной экономической торговле играют США. «Штаты даже выходят на первое место», – отмечает старший аналитик «БКС премьер» Сергей Суверов. По словам эксперта, это во многом связано с тем, что администрация Трампа поддерживает свои нефтяные компании.

Как Запад снизил налоги для своих компаний

«В США прошла налоговая реформа, был в принципе снижен налог на прибыль корпораций с 35 до 21 %. Но именно нефтяные компании получили беспрецедентные льготы. Многие из них не платили вообще налогов в прошлом году, а такие компании, как Chevron, Halliburton, получили налоговые льготы из бюджета», – рассказывает Сергей Суверов. И, например, благодаря снижению налога на прибыль Exxon получила 5,9 млрд долларов, а Chevron – 3,2 миллиарда. Они в прошлом году вообще, кажется, налогов не платили, отмечает директор Института проблем глобализации Михаил Делягин.

Эта поддержка привела к тому, что Соединенные Штаты Америки в прошлом году впервые стали нетто-экспортером газа и – впервые с 1949 года – стали нетто-экспортером нефти. Так что американские компании вошли на мировой рынок и стали очень сильно теснить конкурентов за счет агрессивной поддержки государством своих нефтяных компаний.

Саудиты тоже поддерживают свои компании. «Так, налог на прибыль в Саудовской Аравии для нефтяников был снижен с 85 до 50 %. Кроме того, компании Саудовской Аравии получают субсидии в случае стабилизации цен на внутреннем рынке», – отмечает Суверов.

Когда налоги не помогают, говорит лобби

В поддержке своих компаний США и саудиты идут на самые агрессивные меры. Как отмечает директор Центра политической информации Алексей Мухин, власти этих стран просто не стесняются делать то, что остальные в принципе в приличном обществе должны бы стесняться делать. «Я имею в виду крайние формы протекционизма для своих компаний, наплевав на нормы международного сотрудничества, на нормы ВТО, на нормы поведения на нефтяном рынке», – говорит он.

Страны активно используют не только экономические и фискальные рычаги, но и политическое давление на оппонентов по всему миру. «Вот почему американские компании так обожают Дональда Трампа? Потому что он просто действует в их интересах. Он глобальный лоббист. И здесь совершенно четко нужно понимать: если наши, российские власти начнут действовать точно так же, то мы получаем тоже эти конкурентные преимущества. Если мы их не получаем – мы теряем рынки, от этого никуда не деться», – говорит Мухин.

Агрессивное поведение Штатов и Саудовской Аравии говорит о том, что мировая конфигурация углеводородного рынка сильно изменилась. «И если раньше можно было сидеть, спокойно качать нефть, продавать сырье и ни о чем не думать в мире, то сейчас это становится невозможно», – уверен Делягин.

Это понимают и в крупных мировых компаниях. Общий глобальный тренд их развития – инвестиции в наиболее сложные, но при этом и наиболее доходные производства. Они вкладывают в нефтехимию, в нефтепереработку, в газохимию. «Saudi Aramco более 40 % своей выручки получает от нефте- и газохимии. Она развивает эти отрасли, потому что государство оставляет ей деньги», – отмечает Делягин.

У России, как обычно, свой путь

Но что происходит в России? Фискальная нагрузка на компании остается высокой. Самая высокая налоговая нагрузка у ТЭК – от 67 % у «Новатэка» до 83 % у «Роснефти».

При этом само налоговое администрирование, с точки зрения экспертов, не выдерживает никакой критики. «Фискальные ведомства, финансовые ведомства, Минфин ведут весьма противоречивую работу. Рынок развивается нормально, когда существуют четкие правила игры, которые можно прогнозировать. Тогда и бизнес зарабатывает, и можно нормально развиваться. Когда правила игры постоянно меняются, когда временные фискальные меры становятся постоянными, организм просто не развивается. Он начинает слабеть, он начинает бороться за выживание. Где уж тут о глобальной конкуренции говорить?» – возмущается Мухин.

Наполнение бюджета любой ценой в пику нормальному развитию компаний – это неверно, – отмечает Михаил Делягин. Эксперт называет это «бюджетобесием».

Может, у нас денег нет?

Меры жесткого налогового бремени на нефтянку были бы оправданы в условиях бюджетного дефицита или же малых запасов золотовалютных резервов. Однако, по состоянию на 1 мая, по отчету Минфина, на счетах скопилось уже более 11 трлн рублей неиспользуемых остатков федерального бюджета. А профицит бюджета, фонд национального благосостояния в следующем году уже составит 10 % от ВВП.

Означает ли жесткое налоговое давление, что Россия проиграла в мировой конкурентной борьбе? Вовсе нет. Вопреки Минфину РФ, компании научились конкурировать с теми, чьи интересы государство лоббирует. Наши нефтяные компании имеют уникальную стратегию, которая позволяет им побеждать на мировом рынке. Смысл этой стратегии состоит в том, что мы организуем альянсы с потребителями нефти, причем пускаем их очень близко в свою нефтедобывающую отрасль. В результате у нас получаются цепочки, которые позволяют получать дополнительную прибыль всем участникам. «За последние годы результаты очень впечатляющие. И в этой ситуации Саудовская Аравия не может с нами конкурировать. Они пытались перекупить завод в Вадинаре, в Индии, который купила «Роснефть», но сделать ничего не смогли, потому что наши предложили 49 % акций добывающих компаний в обмен на акции завода в Вадинаре, а Саудовская Аравия, кроме денег, ничего предложить не может», – говорит ведущий эксперт Союза нефтегазопромышленников России Рустам Танкаев.

Именно в этом направлении и надо развиваться, говорят аналитики рынка. «Здесь очень важно создавать кластеры, сегменты опережающего развития в нефтехимической отрасли, для того чтобы успешно конкурировать. Американские компании, крупные, как и саудиты, пытаются, на мой взгляд, сейчас создавать вот эти благоприятные условия на региональном уровне. А мы вместо этого создаем неприемлемые налоговые условия для компаний», – отмечает Делягин.

Что имеется в виду? Налоговый маневр, который в прошлом году объявило правительство России. В прошлом году примерно в это время подскочили цены на бензин на внутреннем рынке. Правительство среагировало очень правильно. Оно немедленно снизило акциз, и цены на бензин зафиксировались и даже несколько упали.

Как налоги ведут к убыткам

«Но при этом правительство стало готовить настоящую программу по уничтожению нефтепереработки в России, – уверяет Танкаев. – Тщательно эшелонированно подготовили фиксацию цен на бензин и дизельное топливо административными мерами и одновременно подготовили повышение налогового бремени на нефтепереработку. В результате, как мы знаем все, 31 октября были зафиксированы цены на бензин, а с 1 января в полтора раза увеличили налоговую нагрузку на нефтепереработку. Сюда вошло все: и налог на добычу полезных ископаемых, то есть налоговый маневр, и повышение акцизов в полтора раза, и рост НДС, и рост тарифов на перевозку и бензина, и, естественно, сырой нефти. Все это сделало нефтеперерабатывающие заводы в России нерентабельными. Все 37 крупных заводов и 22 мелких нефтеперерабатывающих завода стали убыточными».

Причем помимо повышения общего налогового бремени государство еще и постоянно меняет налоговые правила: только за последний год в Налоговый кодекс было внесено 50 поправок.

Итог: в России с каждого проданного литра бензина любая компания теряет около шести рублей. То, что год назад принесло временное облегчение для россиян, теперь может обернуться глобальными потерями на мировом рынке. С точки зрения Михаила Делягина, правительство прилагает «действительно титанические, колоссальные усилия для расчистки российского рынка для глобальных корпораций». Ведь в результате этих действий повышают себестоимость сырой нефти и снижают пошлины на экспорт.

И действительно, если разобраться, то смысл налогового маневра состоит в том, чтобы в стране не было нефтехимии, не было нефтепереработки, чтобы в России было невыгодно производить бензин, а было выгодно сырую нефть отдавать на Запад.

Что же делать? Как сохранить низкие цены на бензин, но при этом не проиграть в стратегическом плане? «Нужны правильные и ровные правила игры на фискальном рынке. Компании должны четко понимать, сколько они заплатят через год, через десять лет», – говорит Алексей Мухин.

По его словам, если мы будем продолжать душить налогами нефтяную отрасль, мы просто проиграем этот рынок. Здесь необходимо вести гораздо более агрессивную политику, больше поддерживать отечественные компании. И не грех поучиться у Штатов и саудитов. Эти страны, пользуясь тем, что они довольно сильные игроки, доминирующие игроки на рынке, предоставляют своим компаниям максимум преференций. А в России – один из самых высоких налоговых режимов во всем мире. Поэтому, наверное, этот фактор сдерживает и капитализацию, и реализацию многих проектов, в том числе в нефтепереработке и нефтехимии.

Фото: flickr.com, Paul Lowry

СЛЕДУЮЩИЙ МАТЕРИАЛ РАЗДЕЛА "Экономика"