Тяга к электро

Спрос на нефть упадет в процессе замещения двигателей внутреннего сгорания на электромобили, но насколько сильным и резким будет это падение?

Политическая электрификация Европы

Нефтяной рынок весь 2020 год пребывает в депрессии, но, несмотря на низкую стоимость «черного золота», поборники энергоперехода продолжают принудительно приближать конец эры ископаемого топлива.

В качестве главного пути декарбонизации политики ведущих европейских стран выбрали отказ от использования двигателей внутреннего сгорания (ДВС). Причем уверенность в том, что ДВС окончательно отжили свое, настолько велика, что, например, Британия твердо намерена отказаться к 2030 году от бензиновых и дизельных машин, гибриды попадут под запрет только к 2035 г. До этого о подобных планах на десятилетие объявили Германия, Ирландия и Нидерланды. Канада хочет запретить с 2035 года продажи новых бензиновых автомобилей, Норвегия готова отказаться от ДВС уже в к 2025 году. Франция, напротив, решила повременить до 2040 года.

Любопытно, что все заявления о светлом безбензиновом будущем делаются на фоне экономического кризиса, дешевой нефти и весьма умеренной популярности гибридов и электрокаров.

Как отмечает издание Financial Times, запрет продаж с 2030 года новых бензиновых и дизельных машин в Британии будет введен для того, чтобы уже сейчас подтолкнуть автовладельцев переходить на более экологичные транспортные средства. Из этого можно сделать вывод, что энергопереход задумано провести за счет рядовых европейцев.

Пока в ЕС возлагают большие надежды на то, что уже в ближайшее время затраты на производство автомобилей с электрическими силовыми установками сильно снизятся. Например, согласно исследованию, проведенному швейцарской финансовой компанией UBS, уже через два года себестоимость электрокара не превысит $1900, а к 2024 году и вовсе сравняется с затратами на выпуск машины с ДВС.

При этом до сих пор среди экологов, инженеров и экономистов нет единого мнения, как массовая пересадка на электродвигатели отразится на экологии, экономике и, самое главное, мировом потреблении углеводородного сырья. Однако при нынешнем развитии технологий пока можно сделать вывод, что при переходе на электротягу передвижение на личном автотранспорте становится более дорогим и менее удобным: все владельцы электрокаров автоматически попадают в большую зависимость от инфраструктуры и могут рассчитывать на довольно скромные расстояния поездок.

Среди европейских экспертов автопрома до сих пор идут ожесточенные споры по поводу того, как сохранить мобильность и комфорт новых машин без ущерба для климата. Например, даже в крупнейшей отраслевой ассоциации VDA одни ее члены настаивают на развитии электротранспорта, другие же считают, что современные ДВС вместе с синтетическим жидким топливом скорее добьются климатических целей, чем перестройка всей инфраструктуры под электродвигатели. «Альтернативные двигатели и виды топлива, такие как водород и синтетическое топливо, также будут частью решения. Ведь они могут помочь очистить уже существующие автомобили, которые никуда сразу не исчезнут, и дополнят электромобильность. Для достижения цели необходимо использовать все технологии», — цитирует главу VDA Хильдегард Мюллер Clean Energy Wire. В то же время в ассоциации признают, что ускорение процесса декарбонизации транспорта может создать серьезные социальные проблемы, а достижение климатических целей ЕС к 2030 году «возможно только» при использовании синтетического топлива. Судя по всему, имеется в виду топливо, которое можно производить из биогаза или водорода.

Существует и противоположенная точка зрения, которая заключается в том, что переход на электрокары — это способ защиты европейского автопрома, который в настоящее время занимает в электрификации выгодные позиции, поэтому ему необходимо немного помочь различными запретительными мерами.

Впрочем, хватит ли этих мер, если среднему классу будут вменять в обязанность пересаживаться на все электрическое, непонятно. Напомним, что на днях в электрическую гонку вступил Китай, где в начале ноября был опубликован «План развития индустрии новых энергетических транспортных средств (2021–2035)». Согласно этому документу, в КНР к 2035 году будут запрещены продажи новых автомобилей с ДВС. Кроме того, китайский электромобильный гигант Evergrande Group собирается уже через 10-15 лет выпускать пять миллионов машин в год и продавать их по всему миру. Полностью автоматизированное производство позволит довести скорость сборки до одной машины в минуту.

Однако автопроизводители вне Поднебесной неоднозначно относятся к идее поголовной электрификации. Особенно ярко это демонстрируют люксовые бренды. В частности, Bentley Motors готов к достижению углеродной нейтральности, поэтому собирается переходить к производству только гибридных моделей с зарядкой от электросети к 2026 году и полностью электрических автомобилей — через 10 лет. Infiniti, напротив, продолжит заниматься разработкой технологии двигателей внутреннего сгорания, так как не сомневается в ее популярности еще продолжительное время.

В Porsche сообщили, что у них есть план по продлению жизни ДВС я за счет использования синтетического топлива. Ferrari, в свою очередь, всей этой климатической возней заниматься не собирается. Не так давно генеральный директор компании Луи Камильери заявил, что не может представить себе отказ производителя суперкаров от ДВС.

В России курс на электрификацию поддерживают, но как всегда в национальной интерпретации.

В частности, в Москве было объявлено, что в городе появятся парковки для электромобилей и подзаряжаемых гибридных машин. Но главное в этой новости то, что парковаться на них обычным авто будет запрещено, за нарушение полагается штраф в размере 2,5 тысяч рублей. В Тюмени владельцы электромобилей получили право бесплатно пользоваться многоуровневым паркингом на набережной.

Отличились и отечественные автопроизводители, желающие выйти на рынок электротранспорта. Так, российская компания Monarch открыла прием предварительных заказов на собственный электромобиль Monarch Concept S. Пока на продажу пойдет всего 20 машин стоимостью $150 тыс. и $190 тыс. (примерно 11,5 млн и 14,7 млн рублей). Судя по всему, для машин такого класса инфраструктура не будет иметь большого значения, поскольку они могут вообще не покидать гараж или передвигаться в рамках центра Москвы, Санкт-Петербурга или Сочи.

Опрошенные «НиК» отраслевые эксперты считают, что энергопереход в странах ЕС обозначен, но как конкретно и в каких временных рамках он будет осуществляться, пока никто не знает. Впрочем, уже сейчас надо готовиться к сокращению потребления нефтепродуктов странами Старого Света.

Газ станет фаворитом

Екатерина Грушевенко, эксперт Центра энергетики Московской школы управления СКОЛКОВО, считает, что планы выглядят вполне реалистичными с учетом того, что автомобильная промышленность ведущих мировых автоконцернов активно к этому готовится, наращивая выпуск моделей с электродвигателями. «Только к концу 2020 и в 2021 году планируется к выпуску до 20 новых моделей электрокаров. Безусловно, какие-то страны справятся со своими целями лучше, а какие-то — хуже. Так, например, норвежцы ближе к своей цели, чем вы думаете. Доля рынка электромобилей составила 31,2% в 2018 году и выросла до 42,4% в 2019 году (60316 из 142381). Но, пожалуй, Норвегия — идеальный пример для подражания, в других странах ситуация не на столько радужная, но и цели в этих странах поставлены не на 2025 год, а позже», — заметила эксперт.

Говоря о том, приведет ли постепенный отказ от автотранспорта с ДВС к изменению энергобаланса в странах Европы и в США, она заметила, что многое будет зависеть от поддержки электромобилей и их стоимости в целом (которая, кстати, уже практически достигла 100 долл./кВт*ч у некоторых производителей, эта цена считается конкурентоспособной по отношению к ДВС). «Не все страны запрещают ДВС или говорят об авто с нулевой эмиссией — во многих странах (Нидерланды Германия, Испания, Бельгия, Великобритания, Китай Италия…) речь идет о дизельных и бензиновых авто, более того, необходимо тщательно изучать политику каждой страны или даже города отдельно, поскольку есть нюансы. Например, в Нидерландах, в городе Неймеген к 2021 году ожидается запрет на дизельные авто класса 1-3. Это значит, что остальные авто классом выше все еще будут доступны для покупки. Более того, если запрет распространяется только на дизель и бензин, это означает, что может вырасти ниша автомобилей на сжиженных углеводородных газах, а также на метане, как компримированном для легковых авто, так и на СПГ для грузовых авто.

Тем не менее, тренд указывает на то, что доля электромобилей будет расти и спрос на электроэнергию тоже.

Для крупных городских агломераций это может потребовать дополнительного наращивания электрогенерационных мощностей, в особенности в периоды пикового потребления», — рассказала Грушевенко.

По ее мнению, безусловно, отказ от нефтеоснованных топлив приведет к снижению потребления нефти и росту потребления электроэнергии, тем не менее, в сегменте грузового транспорта может наблюдаться рост потребления природного газа.

Европейцы поставлены перед выбором

Виталий Громадин, старший аналитик «БКС Мир инвестиций» отметил, что чтобы придерживаться планов по снижению выбросов СО2 странам-участницам Парижского соглашения необходимо предпринимать подобные шаги: «Конечно, запрет включает в себя продажи. При желании население сможет покупать автомобили с двигателем внутреннего сгорания из ближнего зарубежья. Автопроизводители уже готовы к подобному повороту. В последние годы им уже приходится переходить на полностью электрические платформы для машин, чтобы избежать растущих штрафов за выбросы парниковых газов».

При этом он указал, что переход на электрические машины имеет ряд препятствий на своем пути. Например, в рамках городов это выглядит целесообразно в пределах доступных энергомощностей: «Чтобы полностью заменить ископаемое топливо на дорогах возможным вариантом сейчас выглядит водород. Для его популяризации сейчас обсуждается серьезное повышение выплат за выбросы CO2. В ближайшем будущем будет ясно, готово или нет население в Европе оплачивать чистую энергию», — заявил Громадин.

Бензин «перетечет» в Азию

Екатерина Колбикова, старший консультант VYGON Consulting:

«По нашим оценкам, при росте парка электромобилей к 2035 г. до 357 млн шт. дополнительный спрос на электроэнергию будет составлять всего 2% мирового потребления электроэнергии или 430 ТВт/ч.

К этому времени мощности генерации в мире удвоятся. С другой стороны, развитие электрокаров потребуют роста рынка литий-ионных аккумуляторов как минимум в 11 раз», — указала эксперт.

Отвечая на вопрос о том, приведет ли замена машин с ДВС на электрокары к сокращению потребления углеводородного сырья, она заметила, что спрос на нефть со стороны автотранспортного сегмента сократится всего на 12%, это около 5% мирового спроса на нефть: «Падение потребления нефтепродуктов в развитых странах частично компенсируется продолжающимся ростом автомобилизации развивающихся рынков Азии и умеренными темпами выбытия действующего парка традиционных авто. С учетом сделанных рядом стран ЕС заявлений об отказе от выпуска автомобилей с ДВС, спрос на нефтепродукты дорожным транспортом в данном регионе сократится более радикально — на 32% к 2035 г. (или на 14% от общего потребления нефтепродуктов в ЕС)», — рассказала Колбикова.

С 2030 по 2050 спрос сократится на 40%

Старший аналитик нефтяных рынков Rystad Energy Артем Чен считает, что все заявления об отказе от двигателей внутреннего сгорания сугубо политические: «С политической точки зрения в то же время они безопасны: горизонт слишком далек для автомобильной индустрии, чтобы волноваться, к тому же у большинства автопроизводителей поставлены амбициозные цели по производству электромобилей. Совокупно автоконцерны уже к 2025 году нацелены на продажу 28 миллионов электромобилей (BEV + PHEV), что навряд ли возможно. Публике нравятся такие заявления в духе борьбы за чистый воздух в городах и против глобального потепления.

Следует отметить, что ни одно из этих ограничений, даже в Норвегии, где продажи электромобилей составляют более 60% рынка по данных за сентябрь, не приняты в качестве закона»,

— заявил аналитик.

Он также считает, что при осуществлении перехода на электротранспорт однозначно потребуются дополнительные генерирующие мощности: «У нас на сегодняшний день нет точных оценок, сколько именно», — заметил Чен.

Он указал, что по данным Rystad Energy спрос в следующие несколько лет будет восстанавливаться до докризисных уровней в 100 млн б/с: «Как быстро это произойдет — зависит от вакцины. Однозначно в 2021 году на докризисный уровень спрос не вернется. Мы считаем, что в 2025–2030 годах спрос выйдет на плато примерно в 102-103 млн б/с: он будет сокращаться в Европе, США, странах ОЭСР, но расти в Китае, Индии, развивающейся Азии и Африке. Однако затем, когда и эти страны начнут замещать ДВС электродвигателями, спрос неминуемо начнет падать. Мы считаем, что за период с 2030 по 2050 год спрос может сократиться почти на 40% — до 60 млн б/с. Так что мы особо не верим в прогноз МЭА и других игроков, которые прогнозируют стагнацию спроса до 2050 года на высоких уровнях. Идет замещение — спрос будет неминуемо падать», — резюмировал аналитик.

СЛЕДУЮЩИЙ МАТЕРИАЛ РАЗДЕЛА "ВИЭ"