Хватит кормить Америку: ЕС решил избавиться от долларового ига

Европейцы встревожены многократным использованием односторонних санкций, которые бьют по компаниям континента, и хотят минимизировать риски от долларовой финансовой системы

Европейский союз намерен снизить свою зависимость от доллара. Соответствующий план уже появился в недрах Еврокомиссии и будет окончательно утвержден в ближайшие дни. Европейцы возмущены односторонними санкциями со стороны Вашингтона и уязвимостью своей финансовой системы перед связанными с долларом рисками. Значительная часть этих проблем возникла во время президентства Дональда Трампа, но документ, как ожидается, будет принят буквально за считаные часы до инаугурации Джо Байдена. Это подтверждает довольно твердые долгосрочные намерения лидеров ЕС, не имеющих отношения к сиюминутной политической конъюнктуре.

Недовольство стран Европы ситуацией, когда доминирующее положение в финансовом мире принадлежит США, существует более половины столетия. Достаточно вспомнить операцию президента Франции Шарля де Голля, который в 1960-е годы обменял большую часть долларов из золотовалютных резервов страны на золото. Будущий глава Франции Валери Жискар д'Эстен тогда сформулировал определение «непомерная привилегия», относившееся к статусу доллара как мировой резервной валюты и возможностям США финансировать свою экономику за счет этого статуса.

В конце 2000-х годов в разгар мирового финансового кризиса канцлер Германии Ангела Меркель обвинила «англосаксонскую» систему в распространении нестабильности и уязвимости. Однако после этого начался европейский долговой кризис и разговоры о необходимости размежеваться с Америкой несколько поутихли.

Без шансов на нормализацию

Новый повод к спорам об усилении роли евро и снижении зависимости от доллара дали инициативы Дональда Трампа. Американское руководство в период его президентства особенно широко использовало разнообразные санкции, которые вводились в одностороннем порядке, без каких-либо консультаций с Европой. Наиболее характерными тут были санкции против Ирана, введенные в 2018 году. Они по факту запрещали европейским компаниям вести бизнес с Исламской Республикой — в противном случае контрагенты Тегерана могли лишиться доступа к американскому рынку. Так как соотношение товарооборота ЕС с США и Ираном составляет 45:1, какого-либо выбора в данном вопросе у них не было в принципе. Для решения проблемы пришлось создать «механизм для специальных задач», при помощи которого можно было бы вести расчеты с Ираном в обход режима санкций, но реализовать его оказалось крайне сложно.

Схожая ситуация впоследствии возникла и с Китаем после начала торговой войны между двумя крупнейшими экономиками мира. США ввели санкции сразу против нескольких крупных компаний, которые глубоко завязаны на торговлю с Европой. Началось всё с Huawei, ну а буквально на прошлой неделе Нью-Йоркская биржа произвела делистинг сразу трех китайских фирм. В довершение всего в черный список была внесена Xiaomi, один из крупнейших производителей мобильных телефонов в мире. Под угрозой оказались и такие корпорации, как Alibaba и Tencent. Всё это радикально усложняет инвестиционное и другое взаимодействие европейских стран с КНР, а ведь для большинства из них Китай — главный торговый партнер за пределами континента. Санкции против «Северного потока – 2» также заставили европейский бизнес (прежде всего немцев) схватиться за голову.

Некоторые ожидают дружественных шагов от американской администрации с приходом к власти Джо Байдена, но эти расчеты могут оказаться слишком оптимистичными. Если относительно Ирана такие предсказания могут сбыться, то вот курс на смягчение отношений с Китаем едва ли будет взят. Несмотря на острое политическое противостояние в США, республиканцы и демократы в целом сходятся в своих антикитайских позициях. Кроме того, идеи протекционизма завоевывают в американской элите всё новых и новых сторонников. Лозунг «Америка в первую очередь» должен смениться на «Покупай американское», который уже был в ходу при администрации Обамы. Поэтому предполагать, что Вашингтон вдруг откажется от использования «непомерной привилегии» доллара, было бы наивно — и именно поэтому европейцы не свернули свои планы по своего рода финансовой автономии.

Баррели за евро

Согласно предварительному проекту плана, европейцы считают, что «глобальные финансовые рынки слишком зависимы от доллара как средства смягчения финансовых трений и рисков для стабильности». А более сильный и более глобальный евро должен «защитить экономику от внешних валютных шоков и снизить зависимость от других валют».

Как ЕС собирается достичь этих целей? В первую очередь предполагается сделать так, чтобы контракты на поставки, например, сырьевых товаров номинировались в евро. Планируется пересмотреть регулятивные нормы, касающиеся ключевых финансовых ориентиров. Здесь особенно важна роль нефти — все основные марки сейчас оцениваются в долларах, что помогает использованию американской валюты как основной в этих расчетах. В Еврокомиссии надеются на быстрое развитие рынка газа (например, на бирже в Амстердаме), а также водорода — сырья для производства электричества. В торговле этими товарами должна закрепиться ключевая роль евро.

Кроме того, регуляторы могут получить право блокировать поглощения европейских компаний из-за рубежа, если таковые делают их уязвимыми перед иностранными санкциями. Таким образом, сделки будут блокироваться на основании угрозы национальной безопасности. Наконец, планируется снизить зависимость Европы от зарубежных (читай — американских) инвестиционных банков, которые опасны тем, что в условиях финансового кризиса могут быстро вывести деньги из Евросоюза.

Шаги к автономии

Европейский план можно было списать со счетов как очередную попытку выдать желаемое за действительное, если бы это не был уже второй за месяц шаг, показывающий, что ЕС действительно стремится к финансовой самостоятельности. Прямо перед новым годом Брюссель и Пекин заключили крупнейшее за последние годы инвестиционное соглашение, выгодное для европейских стран.

Китай существенно облегчает компаниям из Евросоюза — особенно тем, которые передают важные для КНР технологии — продвижение на свой рынок. В свою очередь, европейцы подтверждают инвестиционные гарантии для китайских компаний, уже работающих на континенте. Это особенно важно в условиях, когда борьба с «несправедливой конкуренцией» (что бы за этим выражением ни стояло) обостряется во всем мире, в том числе и в Европе. Кроме того, китайцы получат доступ на быстрорастущий рынок европейской возобновляемой энергетики — таким образом, два крупнейших производителя в этой сфере заключают пакт, оставляющий США за бортом.

Следовательно, движение прочь от доллара в Европе набирает силу. Вероятно, в текущем году этот процесс продолжится, учитывая грандиозные планы администрации Байдена по поддержке экономики. Почти наверняка для их реализации придется задействовать печатный станок, и триллионы новых долларов поступят в обращение. Это не только несет в себе риски для курса доллара и общей стабильности на финансовых рынках, но и снижает конкурентоспособность иностранных производителей, в первую очередь европейских. Стремление к расширению роли евро выглядит в этой ситуации логичным ответом.

СЛЕДУЮЩИЙ МАТЕРИАЛ РАЗДЕЛА "Мир"