29 - 30 мая 2018 г. в Москве президент НАНГС принял участие в международном форуме "Примковские чтения"

В Центре международной торговли (ЦМТ) в Москве 29 -30 мая прошел один из наиболее авторитетных международных форумов «Примаковские чтения». Форум проходит уже не первый раз, и в этом году на нем представлены гости из 22-х стран и более 600 российских участников, а также почти 500 журналистов.

В нынешнем году тема «Примаковских чтений» – «Риски нестабильного миропорядка» и, как заявили тему организаторы, «в фокусе внимания участников форума – сценарии трансформации системы международных отношений, перспективы развития нового миропорядка и его стабилизации, а также важнейшие вызовы и риски региональной и глобальной безопасности».

Организаторами мероприятия вновь выступили Национальный исследовательский Институт мировой экономики и международных отношений (ИМЭМО) имени Е.М. Примакова РАН, Торгово-промышленная палата (ТПП) РФ, ЦМТ и Центр внешнеполитического сотрудничества имени Е.М. Примакова.

На сессии открытия к участникам форума обратились помощник президента Российской Федерации Юрий Ушаков, председатель Совета Федерации Федерального Собрания РФ Валентина Матвиенко, член Совета Госдумы Владимир Жириновский, председатель совета директоров ЦМТ, президент ТПП РФ Сергей Катырин и президент ИМЭМО им. Е.М. Примакова РАН, академик Александр Дынкин.

В своем Приветствии участникам форума президент России Владимир Путин дал высокую оценку «Примаковским чтениям», которые сегодня являются одной из лидирующих дискуссионных площадок в РФ: «Этот форум позволяет активизировать диалог с партнерами и выработать консенсус по тем или иным международным проблемам». Сегодня очень актуален тезис Евгения Примакова о том, что «в моменты самых сложных разворотов в мировых делах, в условиях повышенной турбулентности нельзя отказываться от диалога, наоборот, следует искать точки соприкосновения и компромиссы».

 

 

В своем обращении к участникам «Примаковских чтений» помощник президента РФ Юрий Ушаков подчеркнул, что нынешняя конференция продолжает линию Петербургского экономического форума. В настоящее время, отметил он, происходит трансформация традиционной дипломатии, что мешает поиску совместных ответов на многочисленные вызовы современного мира. Однако без переговоров и учета различных точек зрения на происходящие события невозможно наладить партнерские отношения. В этом контексте «Примаковские чтения» приобретают особую важность, так как на них представлены экспертные мнения, и в целом они ориентированы на поиск консенсуса и коллективных решений: «Ремарки, прозвучавшие на ПМЭФ, свидетельствуют о растущем беспокойстве по поводу происходящей в наши дни разбалансировки основ международных отношений. Они, конечно, свидетельствуют и о начавшемся переосмыслении действий и причин, приведших к серьезным системным сбоям, грозящим полным хаосом».

Юрий Ушаков отметил, что сегодня сужается поле традиционной дипломатии. И это «сбивает фокус мировой политики и уводит нас от решения проблемы, которое может быть достигнуто только путем осуществления скоординированных, совместных шагов»: «Меня лично, как имеющего отношение к дипломатической работе, не может не волновать сужение поля традиционной дипломатии. Вместо традиционной дипломатии приходит микрофонная или мегафонная дипломатия. Свидетелями вы являетесь каждый день — буквально сыпятся бездоказательные обвинения, искажаются факты, создаётся информационный шум, который заглушает любые альтернативные точки зрения». Более того, в ходу ругань, оскорбления, причем выплёскиваются такие лихие выражения, которые еще несколько лет назад можно было услышать только в закрытой компании», — добавил он.

Заметим здесь, что именно эта часть выступления Юрия Ушакова уже вызвала «взрывной эффект» в мировых СМИ, которые бросились комментировать позицию «сужения поля традиционной дипломатии».

А ещё было сказано, что «без переговоров, без желания услышать друг друга и готовности учитывать различные точки зрения и искать компромиссы к решению стоящих перед международным сообществом проблем и угроз подступиться нереально». Услышат ли?

Председатель Совета Федерации Валентина Матвиенко сказала о том, что, «Примаковские чтения» за короткий срок стали признанной площадкой для обсуждения важнейших проблем современного мира. Они позволяют провести коллективный мозговой штурм. Это лучшая дань памяти великому гражданину нашей страны Е.М.Примакову, который, по сути, стал отцом-основателем новой внешней политики России.

Тема чтений «Риски нестабильного порядка» очень актуальна, отметила В.Матвиенко. Произошедшая после развала СССР трансформация миропорядка не привела к «концу истории». Сегодня нет ответа на вопрос, какой миропорядок должен прийти на место Ялтинско-Потсдамской системы международных отношений. Американское стремление играть исключительную роль в мире способствовало не поддержанию мира, но активизации конфликтов и всплеску терроризма.

Россия полностью оправилась от экономических последствий распада СССР, подчеркнула Валентина Матвиенко. Майские указы президента В.В.Путина – это программа новой социальной политики, для выполнения которой России нужны десятилетия мирной жизни, а не гонка вооружений и конфликты. Однако мы готовы отстаивать свои ценности и субъектность в условиях, когда происходит деградация установившегося миропорядка в направлении использования силы, когда произошла транснационализация внутреннего права. Подобная практика приводит к возрастанию беспорядка и хаоса, что способствует правому нигилизму.

В 2008 г. Россия предложила заключить инклюзивный договор о международной безопасности, но эта инициатива была отвергнута. НАТО, сохранившаяся как «блоковый реликт» холодной войны сегодня не является гарантом безопасности. Так называемая «враждебная и ревизионисткая Россия» – это проект и отношение самого Запада. Евроатлантисты не учитывают, что мир за последнее время изменился, и существовавшая до этого однополярность – уже пережиток. Президент России выдвигает инициативы о создании большого евразийского партнерства. Однако на Западе господствует логика расширения влияния за счет других стран, проводится политика, в основе которой лежит пренебрежение интересами других государств, различные формы шантажа и прочее.

Создается ощущение, отметала председатель Совета Федерации, что западные партнеры «застряли» в прошлом веке. По ее мнению, НАТО — блоковый реликт двухполярной эпохи. Политики стран Запада, решая свои внутренние задачи за счет конфронтации с Россией, во-первых, не учли, что мир изменился, и в нем диктат одного полюса вызывает все большее отторжение, а во-вторых, что сегодняшняя Россия это уже не слабое государство «допримаковской эпохи»: «Этот просчет весьма характерен для нынешней ситуации. В то самое время, когда с восточного крыла Евразии предлагаются масштабные интеграционные и инфраструктурные проекты и идеи их сопряжения, а президент России выдвигает инициативу о создании большого Евразийского партнерства, на «западном фронте», как говорится, «без перемен». Там «все та же “расширительная” логика, все то же упорное продвижение силовых линий на Восток, все то же пренебрежение интересами других государств, политический, экономический и силовой шантаж». А в реальности «мир начинает жить иными категориями, возникают новые центры силы и новые драйверы мирового развития».

Нам нужны новые каналы коммуникации и возвращение к диалогу, подчеркнула Валентина Матвиенко. Ведь, чем больше проблем, тем чаще надо прибегать к конструктивным переговорам. Для начала диалога необходимо, определив стратегические ценности, работать над каждым из пунктов в отдельности. Мы должны вернуть доверие на международную арену.

Член Совета Госдумы Владимир Жириновский отметил, что «теоретики иногда запаздывают, так как достаточно сложно дать прогноз на будущее». Однако «в числе важнейших международных проблем – и установление мира на Ближнем Востоке, и нейтрализация шести «горячих» фронтов вокруг России». Жириновский отметил, что необходимо составлять правильные прогнозы возможного развития событий. С этой целью и должны приезжать на форум ученые из различных стран мира. По его словам, чтобы дать оценку настоящему – нужно изучать прошлое, но еще сложнее дать оценку будущему. Сегодня главная тема – это Иран: «Мы понимаем, что внести нестабильность в отношения с Ираном – это попытка дестабилизировать весь мир». Западные стратеги намерены разделить Иран на 6 частей, и Владимир Жириновский уверен, что обострение ситуации в Иране может вызвать поток беженцев в Армению, в Азербайджан, в Россию, аналогично ситуации с беженцами из Сирии в ЕС.

Президент Торгово-промышленной палаты России Сергей Катырин говорил, что «общими усилиями удалось создать одну из дискуссионных площадок, которая заняла ведущее место в международном сообществе. Здесь имя Е.М. Примакова явилось важнейшим фактором». «Евгений Максимович оставил богатейшее наследие, а его глубокие знания и опыт способствовали развитию контактов Торгово-промышленной палаты с ведущими мировыми бизнес-сообществами. Многие предложения Е.М. Примакова продолжают оставаться актуальными, и сегодня важно донести его идеи и мысли до молодого поколения».

По убеждению Сергея Катырина, в основе признания этого Форума лежат три основных составляющих. Первая – это высочайший уровень зарубежных и российских экспертов, спикеров. Вторая – темы форума всегда отражают наиболее актуальные и животрепещущие вопросы современной глобальной повестки дня. Третья – само имя Евгения Примакова, которое привлекает экспертов «к глубочайшему анализу событий, как в России, так и на международной арене, выработка на этой основе предложений для ответов на возникающие вызовы и угрозы».

Форум набирает обороты из года в год, убежден президент ИМЭМО им. Е.М. Примакова РАН Александр Дынкин. Обращаясь к участникам, он отметил, что в «Примаковских чтениях» 2018 года принимают участие более 60 ведущих зарубежных экспертов из 22 стран, более 600 представителей российского научно-экспертного сообщества, органов государственной власти, политических и деловых кругов. Александр Дынкин отметил, что «этот Форум – лучшая память о Евгении Максимовиче Примакове».

Он также наметил некоторые вопросы для дискуссии в рамках темы конференции «Риски нестабильного порядка»: «на смену блоковому противостоянию пришел конфликт интересов, ценностей и идентичностей»; «социальная политика ищет рецепты реагирования на растущее неравенство»; «происходит размывание среднего класса»; «формируется новая элита»; «внутренняя политика сталкивается с ограничениями»; «возможны два ответа на евроатлантическом пространстве: изоляционизм в стиле Brexit и более инклюзивный, проевропейский ответ»; «мировому сообществу нужно наметить контуры ответов на угрозы и риски современности».

Александр Дынкин заявил, что в мире вырос потенциал конфликтов и «на смену противостоянию социализма и капитализма пришёл конфликт интересов новых игроков политической арены». «К каким последствиям это приведёт?». На эти и другие вопросы предстоит ответить участникам Форума.

Понятно, насколько актуальны и сколь сложны для исследования предложенные президентом ИМЭМО темы, и как важна сегодняшняя дискуссия для того, что найти, если не «решение» то, хотя бы «подходы» к этим фундаментальным на сегодня вопросам бытия.

В первый день конференции были проведены ряд секций, обзор которых сделан, благодаря сотрудничеству с пресс-службами ЦМТ и ИМЭМО.

Деловую программу «Примаковских чтений» открыла сессия «”Новая биполярность” – миф или реальность?», в ходе которой был рассмотрен баланс сил на современной политической арене. Модератором дискуссии выступил заместитель министра иностранных дел Александр Грушко. Он отметил, что положение в мировых делах усугубляется, и нежелание оперировать фактами, слышать друг друга, приводят к непониманию сторон. С большой тревогой мы наблюдаем деградацию миропорядка.

Модератор поставил перед участниками сессии фундаментальные вопросы – «Где мы сегодня находимся?» «Была ли окончательно перевернута страница “холодной войны”?» «Сохраняется ли место для широкого международного консенсуса?» «Возможно ли в современном мире создать изолированные островки безопасности и процветания?»

 

 

Федеральный канцлер Австрийской Республики в 2000-2007 годах, руководитель форума «Диалог-Европа-Россия» Вольфганг Шюссель заявил, что «скучает по временам Примакова, когда все страны не просто защищали свои интересы, но и стремились к сотрудничеству». Он подчеркнул, что биполярный мир – это реальность. Но сегодня возросло значение Китая в мировой политике. Прибыль Китая от внешней торговли раньше составляла примерно 40 миллиардов долларов, сегодня эта цифра – 4 триллиона долларов. Шюссель заверил, что сегодня складывается многоярусный и многосторонний мир. «Возникает вопрос – как жить в этом лучшем мире?»

Управляющий директор консалтинговой фирмы «Кissinger Associates, Inc.», старший научный сотрудник Института Джексона по глобальным вопросам Йельского университета Томас Грэм задается вопросом, а существует ли западный полюс? Несколько лет назад много говорили о формировании новых группировок, в частности, о партнёрстве США и Китая. Но Пекин не был заинтересован в усилении своей роли в тот момент. «Внешняя политика США не называет происходящее биполярностью». Москва, по словам спикера, не может играть роль младшего брата Китая. Мир гораздо более сложен, поэтому обособленное сотрудничество практически невозможно без взаимодействия со всеми полюсами мировой политики. Хотя, пример обособленного сотрудничества сегодня являет собой Северная Корея. Еще одна причина отрицать новую потенциальную биполярность – различные ценности в мире. И третья причина – технологии, «мы становимся все более взаимозависимыми». Поэтому биполярности, как таковой, быть не может. «Можем ли мы обеспечивать устойчивый и стабильный миропорядок?» Нам необходимо чуткое понимание того, какой мир нам нужен. В споре России и США, например, «США долго выступали за систему, основанную на правилах». Без этого возникнет многополюсный мир, в котором будет сложнее обустроить порядок. Для США, России и Китая это будет негативным фактором.

Это о каких таких «правилах» вспомнили в США, чтобы в Москве их цитировать? «США долго выступали за систему, основанную на правилах». Там, видимо, совсем уж потеряли адекватное восприятие мира, но продвигают свои глобалистские иллюзии…

Профессор института международных отношений и внутренней политики Шанхайского университета Ян Чен, рассказал о возможности Китая стать второй мировой экономикой мира, потому что «экономическая мощь оказывает сильнейшее влияние на лидирующие позиции в мире». Позиция Китая – это приверженность либеральному порядку. Политика Поднебесной направлена на сотрудничество со всеми странами – на инвестиционный рост, расширение деятельности, и ни в коем случае не на мировую гегемонию. «Китай не хочет биполярности, ему чужд дух холодной войны».

 

 

Председатель исследовательского центра Observer Research Foundation (ORF) Санджой Джоший призвал всех «приветствовать новую биполярность». Она фактически внедрена в наше бинарное сознание, ею пронизана наша история, одна сторона воспринимается в качестве стороны добра, другая – в качестве стороны зла. Биполярен мир или многополярен – зависит от того, как вы его рассматриваете: «В Америке, на Украине, Ближнем Востоке – гегемон везде свой».

Спикер также отметил, что «отсутствие взаимодействия приводит к колебаниям на рынке». Но «отдельные политические акты не могут привести к изменению обстановки во всем мире». Из-за изменений глобальных ценностей возникают перемены и на мировой арене. Все становится «гораздо более распыленным», конечно, создаются новые союзы, к примеру, ШОС, но «некоторые страны не согласны с тем, что им диктуют условия сосуществования». «Новый мир не просто двуполярный – он состоит из многочисленных двуполярных систем».

По мнению директора ИМЭМО РАН, доктора политических наук, профессора Федора Войтоловского, система, существовавшая во времена СССР, была сложнее биполярности. Это был Союз – с одной стороны, Штаты – с другой, а европейская социал-демократия – с третьей. «Сегодня миропорядок нестабилен. Полицентричность и иерархичность базируется на растущей взаимозависимости: экономической, информационной и политической. И одновременно существует рост конкуренции». Конкуренция развивается со взаимозависимостью и основывается на ней. И «это отличает существующий миропорядок от того, который бытовал в эпоху холодной войны». Ф. Войтоловский завершил своё так: «Нам предстоит жить в этом мире. Мы сформировали свои взгляды в биполярном мире, где было понятно, какие существуют риски. Сегодня мы сталкиваемся с новыми рисками, с которыми нам предстоит бороться вместе».

 

 

Модератор сессии «Инфраструктурное соперничество в Индо-Тихоокеанском регионе: на суше и на море», ректор МГИМО МИД России, академик РАН Анатолий Торкунов уделил особое внимание морским коммуникациям в Индо-Тихоокеанском регионе. Он отметил, что «торговые пути, и порты, и природные ресурсы региона стали ареной противостояния мировых держав, предметом жесточайшей конкуренции за доступ к этим ресурсам. Особую озабоченность представляет наличие в регионе целого ряда ядерных и пороговых государств». КНР, крупнейшая экономика региона, расширяет свои транспортно-логистические потоки, в том числе, и через Индийский океан. Но в регионе есть еще одна динамично развивающаяся страна – Индия. Именно индийская экономика способна создать противовес Китаю.

Директор вьетнамского Института политических исследований Государственной политической академии им. Хо Ши Мина Нго Хюи Дык в своем выступлении отметил особую сложность существования «малых» стран в Индо-Тихоокеанском регионе. Перед ними стоит перманентная задача лавирования между «большими» странами. Очень остро в этом сложнейшем регионе стоит проблема политического доверия. Оратор остановился на сложностях получения инвестиций малыми странами и на проблемах эффективности этих инвестиций.

Bице-президент индийского исследовательского центра Observer Research Foundation Нандан Унникришнан отметил, что региону требуются новые проекты развития, прежде всего, инфраструктурные. Проблема участия Индии в многосторонних конкурирующих транспортных проектах должна решаться формированием страной нового видения – рассматривать различные проекты как взаимодополняющие и проводить переговоры, которые бы способствовали нахождению компромиссного видения.

Исполнительный вице-президент Института международных и стратегических исследований при Пекинском университете Гуань Гуйхай высказал надежду, что новая региональная стратегия Индии не направлена против Китая, подчеркнув, что инфраструктурные проекты самого Китая не носят «империалистический характер». Китай стал второй экономикой мира, и ему требуются новые пространства.

Старший научный сотрудник «Центра международной безопасности им. Брента Скоукрофта» и «Центра стратегического прогнозирования Атлантического совета США» Роберт Мэннинг отметил ключевые, по его мнению, проблемы – отсутствие рамочной системы безопасности между США и Китаем, вкупе со столкновением ценностей, на которых базируются соответственно американская и китайская внешнеполитические доктрины. Проблемой он назвал превалирование в регионе двусторонних инфраструктурных проектов и сложность согласования интересов в рамках многосторонних проектов.

Профессор факультета права Университета Хосэй (Токио) Нобуо Симотомаи отметил, что «сегодня все мы становимся свидетелями серьезных трансформаций в регионе. Они охватывают пространство от Камчатки до Малайзии». Многое определит динамика по корейскому вопросу. «Динамику системы безопасности в регионе определяют концентрические круги “2+2+2” – Северная и Южная Кореи, США и Китай, Россия и Япония». Если, отметил выступающий, Трамп и Ким Чен Ын достигнут соглашения, Россия и Япония смогут сыграть важнейшую роль в фундаментальных переменах в регионе.

Заместитель директора ИМЭМО РАН, академик РАН Василий Михеев отметил, что в среднесрочной перспективе будет происходить акцентирование двусторонних связей, развитие форматов с ограниченным числом участников. Однако наиболее перспективен, по его мнению, – новый формат, сочетающий двустороннее и многостороннее сотрудничество с неограниченным количеством участников. С точки зрения российских интересов наиболее реализуема и перспективна китайская инициатива «Один пояс – один путь».

В ходе дискуссии по теме «”Новая Большая игра” на Ближнем Востоке» итальянский дипломат, бывший посол Италии в России Джанкарло Аргон выразил свою позицию так: мы были свидетелями становления и падения режимов, экспериментов в политической структуре стран региона. «Нестабильность здесь вызвана присутствием террористических группировок и противостоянием мировых политических сил. В будущем все это будет иметь влияние на отношения стран Ближнего Востока». Поиск стабильности – это главный и абсолютный приоритет в работе с этим регионом. Нужно защищать демократические основы и права человека, но для этого необходимо проработать новую стратегию.

Экс-министр иностранных дел Узбекистана Абдулазиз Камилов, начал свое выступление с воспоминаний о работе с Евгением Примаковым на треке Ближнего Востока. И сегодня – это острейшая проблема мировой политики: «Новая “Большая игра” – это образное определение, речь идет об “игре” со множеством неизвестных. Что мы видим сегодня? Ближний Восток вовлечен в процесс формирования нового глобального баланса сил. Геополитическое соперничество, начавшееся во времена «холодной войны», не кончается. Все призывы к консолидации остаются только призывами. Терроризм стал бизнесом с развитым «рынком труда» и огромным капиталом. Все ждут каких-то прогнозов, но в среднеазиатском регионе это дело непростое. Труднодостижимые цели сталкиваются с кризисом доверия между ключевыми игроками, параличом органов коллективной безопасности, желанием участников навязывать друг другу определенные кодексы поведения. В состоянии хаоса таким конфликтом управлять невозможно.

Специалист по международным отношениям из Индии Ракеш Сууд заявил, что «проблема в самих игроках, вовлеченных в ситуацию на Ближнем Востоке. Здесь каждый имеет свои интересы и задачи».

Очень жестко, по-американски, выступила директор центра Евразии и России в Джорджтаунском университете Анджелина Стент. Она напомнила о том, что представляла собой «игра» на Ближнем Востоке в ХХ веке: США доминировали в регионе, но у расположенных здесь стран было много контактов с СССР, к примеру, у Ирана и Египта. Ситуация была относительно стабильной. «Каждая из действующих сил использовала свое влияние для достижения целей. Сегодня игра изменилась». США и Россия все ещё важные союзники для региона, но «Россия сегодня сильнейший игрок с самыми крепкими союзами». Что будет происходить в Сирии после окончания конфликта? Это, несомненно, часть «Большой игры», и нужно понять, «как в новых обстоятельствах будет вести себя Иран и Россия». В общем, они забеспокоились, и этого англосаксы уже не срывают.

Старший научный сотрудник Института исследований национальной безопасности, генерал Армии обороны Израиля в отставке Шломо Бром заявил на сессии позицию своей страны. Он говорит, что «в регионе присутствуют такие стороны конфликта: ”устаревшие авторитарные режимы”, “мировые политические игроки” и “исламские течения”, обладающие достаточной силой для противостояния. Отношения между странами очень размытые, невозможно понять, союзники они или противники в сложившейся «Большой игре». И это – очень знаковые признания от ведущего аналитика Израиля.

Сессию завершило выступление президента Общества востоковедов России, доктора исторических наук, профессора Виталия Наумкина. Он заявил, что «никакой «Большой игры» нет сегодня, и её не может быть, потому что на Ближнем Востоке нет противостояния двух сил, как это было в XIX веке. Сегодня все борются со всеми». А особенность российской внешней политики в том, что наша страна хочет строить конструктивные и крепкие отношения с разными конфликтующими сторонами.

Первый день «Примаковских чтений» завершила сессия «Украинский кризис: в поисках стратегии выхода», которую открыл научный руководитель Института Всеобщей истории РАН Александр Чубарьян. Он заявил, что украинский кризис стал геополитическим и превратился в центр противостояния в Европе. По его мнению, говорить о том, что «Россия и Украина далеки», нельзя. «У нас близкое историческое прошлое, тесная культурная и цивилизационная общность». И эти исторические моменты оказывают влияние на текущую ситуацию. А.Чубарьян подчеркнул, что «большая опасность исходит от СМИ, нагнетающих обстановку». Но «близость культур невозможно игнорировать, никакие псевдонаучные решения не разрушат то, что создавалось веками. Эти аспекты надо учитывать при анализе украинского кризиса».

Заместитель главы Специальной мониторинговой миссии ОБСЕ на Украине Александр Хуг заявил, что «ничего нового не происходит в течение уже 4-х лет, с сентября 2014 года. Пора прекратить хотя бы военные действия. Ничего не меняется, по существу, никто пока не берется принять решение». Должна сформироваться стратегия выхода из конфликтной ситуации.

Председатель Комитета Совета Федерации Федерального Собрания РФ по международным делам Константин Косачев напомнил: когда были подписаны «Минские соглашения», и Россия была гарантом этих договорённостей, в ее позиции не было двойственности. Евгений Максимович выступил идейным вдохновителем этих решений. И ситуация изменится, только если нынешние украинские власти изменят свое отношение. Сегодня они заинтересованы в эскалации кризиса, поскольку это даёт возможность объяснять происходящее той ситуацией, которая разворачивается на юго-востоке.

В заключение этого репортажа – выступление директора «Центра российских и евразийских исследований RAND» Кэтрин Дейл. Она очень грамотно, со своих позиций, поставила вопросы: «Сколько у нас времени и чего мы пытаемся достичь?» Эксперт с Запада предложила свое видение ситуации: «Для украинских лидеров национальный суверенитет, безусловно, является приоритетом. Нестабильность на Украине сильно затрагивает безопасность России. И, конечно, вопрос о Крыме. Какие же есть разумные решения?» – Только «продуманный диалог может привести к выходу из сложившейся ситуации». «Сколько у нас времени? – Учитывая все аспекты проблемы, не так много. Люди на Украине уязвимы, поскольку они находятся в условиях изоляции от мира, не имеют доступа к информации, к технологиям, к другим современным ресурсам. Многие наблюдатели отмечают, что новые варианты могут открыть все двери, и ресурс у центров поддержания мира огромен». По словам Кэтрин Дейл, «Украина в мировой политике – это слон в комнате», но пришло время, наконец, «вывести этого слона за дверь». Неужели, на Западе начали понимать, «что они натворили» (с) на Украине?

«Украинский кризис очень сильно влияет на европейскую безопасность. Мы должны говорить о безопасности в целом, не только о России. Нам нужно взаимодействовать, поскольку понимаем мы друг друга все хуже и хуже. В итоге напряжение чувствуется от малейших колебаний, и нужно прилагать все усилия, чтоб разрешить ситуацию», - заявила американская посланница.

А у нас есть вопросы, на которые по сей день на Западе не отвечают.

Полагаю, что на них каждый найдет свои ответы.

Второй день «Примаковских чтений-2018» открыл министр иностранных дел России Сергей Лавров, который выступил при переполненном зале, и затем уделил много времени ответам на вопросы участников конференции.

 

 

На портале журнала «Международная жизнь» опубликованы текст выступления Сергея Лаврова и стенограмма его ответов на вопросы.

 

 

 

 

Вслед за выступлением Сергея Лаврова участники форума обратились к теме «Есть ли будущее у системы контроля над вооружениями?», которой было посвящено заседание пятой сессии, чьим ведущим (модератором) стал политолог, главный редактор журнала «Россия в глобальной политике» Федор Лукьянов. Он начал с того, что напомнил: «Мы всегда возвращаемся к основам стратегической стабильности. Пока существуют типы вооружения, созданные в ХХ веке, мы никуда не уйдем от этой темы». Хотя уверенности в том, что наработанного багажа знаний о безопасности хватает, уже нет. Модератор подчеркнул, что весь потенциал, все подходы к обеспечению стабильности, которые были накоплены со времен Первой мировой войны, изменились до неузнаваемости – их уже недостаточно. Ситуация меняется, а подходы все те же. Поэтому «нужно обсуждать то, что может произойти».

И вновь хочу поблагодарить коллег из пресс-служб ИМЭМО и ЦМТ, которые помогли в подготовке обзора работы секций «Примаковских чтений».

В своем выступлении Ричард Берт, управляющий партнер компании «McLarty Associates» по Европе, России и Евразии, отметил, что российско-американские отношения не хуже, чем после Второй мировой, они просто… другие. Он напомнил об «угрозе мировой войны», которая обострилась в середине 80-х годов, и заключил, что «человечеству несказанно повезло, что эскалация конфликта была приостановлена», и сегодня «в наших силах не допустить её». При этом Россия и США развивают вооружения, тратят миллиарды на оборону. И в конечном итоге это приведет к дестабилизации, когда каждый оппонент будет мериться ядерными кнопками, как это было во времена «холодной войны». Сегодня, по его мнению, ландшафт контроля над вооружениями стал значительно более сложным в связи с возможностью использования киберпространства и появлением киберзвукового оружия. В этом контексте необходимы новые творческие подходы к проблеме, нужна модернизация системы контроля над вооружениями. Но это возможно лишь при условии, если Россия и США восстановят отношения. В данный момент атмосфера в Вашингтоне принципиально отличается от ситуации последних 40 лет – есть определенное предубеждение по отношению к России: она видится, как основная внешнеполитическая проблема, и «используется, как карта в американской внутриполитической игре». В администрации США образовалась целая группа экспертов, которая скептически настроена по отношению к России, а президент США Д. Трамп фактически утратил возможности преодолеть нынешние двусторонние разногласия. «Расследование российского вмешательства в выборы в США может привести к импичменту Трампа, поэтому сначала необходимо разобраться с глубоким политическим кризисом в Вашингтоне», - заключил Ричард Берт.

По мнению руководителя Центра международной безопасности ИМЭМО им. Е.М. Примакова РАН, академика Алексея Арбатова, «вопрос контроля над вооружениями – это вопрос о том, сохранится ли наша цивилизация в том виде, как мы ее понимаем». Сегодня мы стоим на пороге нового цикла гонки вооружений, который может оказаться хуже, чем в годы «холодной войны». Новые системы оружия размывают различия между ядерными и неядерными системами. Вновь на передний план выходит концепция «избирательной» и «ограниченной» ядерной войны. Кроме того, рассматривается идея о том, что гонка ядерных вооружений будет уже не двусторонней, а многосторонней. Однако, «никакой новой системы контроля над вооружениями невозможно будет построить, если созданные ранее системы будут разрушены». Таким образом, путь к самому разрушительному оружию может быть открыт террористическим организациям. Никакой новой системы контроля вооружений не может быть принято, если не будет сохранен фундамент, который строился в предыдущие годы. Начать необходимо с подтверждения Россией и США на самом высоком уровне положений о том, что «в ядерной войне не может быть победителей», и дополнить их тем, что не может быть никакой «ограниченной ядерной войны». Затем необходимо спасти Договор о ракетах средней и меньшей дальности и перейти к Договору о стратегических наступательных вооружениях, не допустить отказа от Договора о нераспространении ядерного оружия. Перефразируя знаменитую максиму Михаила Булгакова, докладчик подчеркнул: «Разруха происходит в головах политических элит. Навести в них порядок, и сформулировать адекватный взгляд на вооружения – это задача авторитетного сообщества, которое представлено на форуме “Примаковские чтения”».

Ассоциированный партнер «Agora Strategy Group», бывший государственный секретарь Франции по внешней торговле Пьер Леллуш сказал о том, что вопрос о контроле над вооружениями остро встал еще в 1960-х годах, но «мы избежали ядерной войны, конкуренции двух мировых супердержав». Давая оценку существующей системе контроля над вооружениями, он подчеркнул, что она «уже не соответствует новым реалиям, так как является продуктом биполярного мира». Учитывая, что современный мир… аполярен (sic!), необходим многосторонний процесс контроля над вооружениями. Вопрос заключается в том, как организовать его в многополюсной и бесконтрольной системе? Если Европа срочно не выступит против односторонней политики США это будет означать конец суверенности западных стран! А политику США докладчик видит «направленной на разрушение договоренностей в области контроля над вооружениями и нацеленной на распространение правовых нормы своего национального законодательства на другие страны». Еще одна ключевая угроза глобальной безопасности, по словам Пьера Леллуша, связана с новыми технологиями и с появлением киберзвуковых средства доставки вооружений. Особое влияние, о чем сегодня в России мало, кто говорит, оказывают западные частные компании, деятельность которых связана с киберсферой и космосом.

Ракеш Суд, почетный сотрудник индийского исследовательского центра «Observer Research Foundation, дал характеристику динамике в сфере контроля над вооружениями: это – «асимметричность и растущая тенденция к эскалации вооружений». Он отметил: чтобы понять ситуацию, нужно вспомнить «основные принципы ядерного оружия». Первый – пока будет юридический запрет на использование «ЯО» для одних, другие будут им пренебрегать. Второй – если такое «ЯО» оружие существует, рано или поздно оно будет применено. Третий – ядерное вооружение имеет катастрофический и продолжительный эффект. При этом в рамках системы международных договоров складывается непростая ситуация. Технологии вчерашнего дня уже не работают. Стратегические отношения подвергаются серьезному перенапряжению – «перегрузке», поэтому акцент должен быть направлен, в первую очередь, на контроль за распространением ядерного оружия. Необходимо пересмотреть сложившийся баланс между всеми составляющими системы контроля. Пока мировому сообществу трудно ориентироваться в новых реалиях, учитывать произошедшие изменения. Поэтому, на данном этапе – в отсутствии разработанной новой системы контроля вооружений – нужно, по крайней мере, сосредоточиться на снижении рисков применения ядерного оружия.

Научный руководитель Института США и Канады РАН, академик Сергей Рогов заострил внимание на том, что «нужно говорить о центрах силы, а не о полюсах». Вопрос состоит в том, может ли в многополюсном мире существовать режим контроля над вооружениями? В отсутствии «объективного критерия», каким образом будут определяться уровни для Китая, для Индии? Сегодня появились неядерные системы, которые могут поражать стратегические цели. В перспективе высокоточное оружие будет играть все большую роль. Чрезвычайно разрушительной силой обладает кибероружие. Можно ли в этих условиях утверждать, что «стабильность достигнута»? Выступающий задал вопрос: «Каков возраст самого контроллера за вооружением?» По его данным – 70 лет. Получается, что молодежь не вовлечена в данные области. Ни один из политических лидеров государств, обладающих ядерным оружием, кроме Владимира Путина, не имеет опыта переговоров в области контроля над вооружениями. Руководители других стран мало разбираются в этой теме и мало ею интересуются. В этих условиях требуется «мозговой штурм» на экспертном уровне с тем, чтобы на ближайшие 8 лет сохранить «матрицу» безопасности в виде остающихся и все еще действующих элементов контроля над вооружениями. Первое – предотвращение опасных военных инцидентов. «Сегодня мы с НАТО стоим лицом друг к другу, и создается такое ощущение, что совершенно забыты договоренности 1972 г. о предотвращении инцидентов». Необходимо их обновить, так как эскалация конфликта может привести к применению ядерного оружия. Сценарий эскалации – вещь очень серьезная, не случайно американская военная доктрина делает акцент именно на этом. Второе – спасение Договора о ракетах средней и меньшей дальности. «Мы не стоим на пороге новой гонки вооружений – мы уже вошли в неё. Надеюсь на восстановление диалога Россия - США в следующем десятилетии» – завершил свое выступление Сергей Рогов.

 

«Россия и ЕС – взаимозависимость или конфронтация?» – такое название получила сессия, в ходе которой были рассмотрены наиболее острые разногласия недавних стран-партнеров. Дискуссию открыл директор Французского института международных отношений (IFRI) Тома Гомар, заявивший, что конфронтация ЕС и России не может продолжать двигаться далее, поскольку наши страны – это, прежде всего, партнёры. Нельзя забывать о том, что большая часть населения России проживает на её европейской территории. «У нас много общего, но наши перспективы сейчас прискорбны. Если Россия продолжит свою деятельность в духе Советского Союза, это будет негативно сказываться на нашем взаимодействии. Европейский Союз, в свою очередь, не имеет права диктовать России условия, и он стремится занять дипломатическую позицию». Общие интересы имеют в такой ситуации величайшую ценность.

Так, у евросчастливцев опять Россия виновата, коли «продолжит свою деятельность в духе Советского Союза»? А в зеркало они давно смотрелись?

Председатель Мюнхенской конференции по безопасности Вольфганг Ишингер задал вопрос: «Сколько россиян согласилось бы с тезисом, что европейская граница самая безопасная и мирная?» Ведь «Россия не имеет больше нигде такой уверенности в своих партнёрах».

Про Украину «забыл», видно, намеренно… И про Прибалтику «забыл», куда нагнали кучу НАТОвских войск. А про границу России с Китаем и Монголией он и не вспоминал… Так что, отвечаем на его тезис своими соображениями.

Паоло Магри, исполнительный вице-президент Итальянского института международных политических исследований (ISPI), заявил, что взаимодействие Европы и России вовлекает в конфронтацию целый ряд стран, зависимых друг от друга. Логика европейская даже на таких примерах становится трудно воспринимаемая. Докладчик, впрочем, продолжал о том, что «Европа испытывает очень серьёзное давление, ведь торговля с США и Россией несопоставима. Экспорт в Россию на сегодняшний день составляет 4,8% от общего оборота продукции, а в США – 16.9%». При этом он отметил: несмотря на санкции, сотрудничество все равно продолжается – оно «не обязательно должно иметь экономический аспект», ведь «здесь задействована наука и культурные связи».

Заместитель директора по научной работе ИМЭМО им. Е.М. Примакова Алексей Кузнецов процитировал статистику, которая показывает, что Евросоюз остаётся важнейшим торговым партнёром России. На долю ЕС приходится 45% внешнеторгового оборота, а по экспорту Россия сегодня занимает в ЕС 4 место. Основные инвестиции приходят в нашу страну из Германии и Франции, но отмечается стагнация инвестиционной активности. Её показатели сегодня ниже уровня 2014 года. Докладчик отметил, что «у России было много надежд и иллюзий в отношении ЕС»: «Мы рассчитывали на равное партнерство, поскольку Россия, все же, европейская держава. Нашу страну наказывают санкциями, но кое-кого наказывают бомбами. И этот кризис начался не с Украины, а в 2007-2008 годах. Поворот произошёл по причине разногласий в экономических вопросах, а также в области контроля вооружений». Сегодня от контрсанкций России больше всех страдает Германия. Если взять 28 стран – основных партнёров России в Азии и Европе, то объем внешней торговли РФ с ЕС достигает только 45%, то есть, виден разворот России на Восток (там – 55 % объема торговли – С.Ф.). Результатом происходящего может стать «потеря доверия в ЕС, которое будет очень сложно восстановить». Сейчас мы имеем возможность пойти навстречу друг другу, но, если этих шагов не будет сделано, то к 2019 году объем торговли с Азией будет значительно выше, чем с европейскими партнёрами, убежден Алексей Кузнецов.

Профессор политологии в «Barnard College» Колумбийского университета (США) Кимберли Мартен говорил о глобализации, как о перспективе, хотя по другим оценкам эта самая глобализация подошла к своему пределу и перспектив не имеет. Однако, по мнению гостя, «глобализация дает множество возможностей», а Европа и США сегодня очень сильно «отстраняются» от продвижения глобализации, в первую очередь, потому что «Трамп пытается оттолкнуть ЕС». Адепт глобализации сетовал на то, что президент США постоянно «бросает тень сомнения на обязательства в НАТО, а Европа вынуждена сегодня тратить больше и больше средств на военный бюджет». Он продолжал: в данный момент ЕС и НАТО имеют оптимальные возможности сотрудничать по всем направлениям коллективной безопасности. Европа «очень озабочена охраной своих границ». При этом «мы много слышали о том, что ЕС не намерен слепо следовать за США, и ситуация с Ираном демонстрирует это». Удивительное признание американского гостя: «США стоят в оппозиции ко всем странам мира». И тут же пояснение: США сами дистанцируются от всего происходящего по многим пунктам – во внешней торговле, по вопросу Ирана и т.д. «Европа консолидируется, и Трамп спровоцировал этот процесс». ЕС жив и отлично функционирует, несмотря на все заявления о том, что сегодня это «очень слабая и недееспособная структура». Европа становится сильнее, но «она считает, что Россия не заинтересована в международном взаимодействии с политическими партнерами». К. Мартен подчеркнул, что в основе конфликтных ситуаций зачастую «лежит мнение США» о том, что «Россия не хочет соблюдать международные договорённости».

И опять – у них «Россия виновата». Стало плохой традицией, что западники перед своей аудиторией жестко… молчат о собственном нарушении «международных договоренностей» про Украину, про Сирию и про множество иных американо-западных грехов перед людьми и странами в самых разных точках мира в недавние времена.

Сергей Афонцев, заведующий отделом экономической теории ИМЭМО им. Е.М. Примакова, рассказал о динамике отношений в регионе Европы. Он отметил, что, «несмотря на постоянное ужесточение санкций, мы по-прежнему продолжает обсуждать проблемы вместе». Вопрос – каково это сотрудничество? В каком контексте оно происходит? Сегодня «сторонам остается только ждать, что кто-то изменит свою позицию». Но Россия не поменяет отношение к несправедливой ситуации, когда наша страна обвиняется «во всех смертных грехах». Выступавший напомнил, что есть элементарные правила разрешения международных конфликтов, однако на сегодняшний день никто не хочет уступать, и ситуация может разрешиться только, «благодаря здоровому прагматизму». Резюме – «Россия обладает достаточно большим экономическим потенциалом, но мы не намерены убеждать кого-либо в необходимости сотрудничества. Кто заинтересован – сам сделает выводы».

 

Седьмая сессия «Примаковских чтений» получила название «Технологии, меняющие общество: просторы и пределы». Её вел помощник президента России Андрей Фурсенко. Открывая дискуссию, он отметил, что «технология блокчейн формирует у пользователя ответственность перед обществом за ту информацию, которую оно предоставляет». «Техно-оптимисты» при этом говорят, что политика сильно отстает от развития технологий. Есть даже мнение, что государство отмирает в этих условиях нового качества коммуникаций. Однако, «представляется, что отказ от государства – это путь в никуда». Долгое время была модной фраза о том, что именно рынок определит, как нам двигаться дальше. Сегодня же мы говорим о том, что эта роль принадлежит государству – хотя 15 лет назад такая фраза казалась бы крамольной. Один из важнейших вопросов – выстраивание с помощью технологий странами мира с участием других игроков – прежде всего, крупных корпораций – системы взаимозависимости. В основе такой системы должен лежать «принцип признания того, что альтернативы взаимозависимости не существует, что нельзя отделиться от других железной или какой-либо другой стеной».

Михаил Ковальчук, президент НИЦ «Курчатовский институт», заострил ситуацию и заявил, что «мир сегодня находится на грани ресурсной катастрофы», и если двигаться дальше таким же путем, как сегодня, катастрофа неизбежна. Почему? Потому что существующий технологический уклад стал фактором, способствующим приближению катастрофы. И объектом «технологической колонизации» сегодня становятся развитые страны. Решением проблем, которые вытекают из текущего технологического уклада, может стать переход посредством конвергенции знаний к такому «природоподобному» (nature-like) технологическому укладу, который будет гармонировать с биосферой и позволит восстановить нарушенный обмен веществ в природе. Сегодня мы призваны создать новые технологии на базе фундаментальной науки. А государство должно формировать условия для появления «рынков новой продукции». И роль государства в создании нового технологического уклада – ключевая. Мы видим, что «происходит очень мощное вымывание среднего класса». Между тем, искусственный интеллект не сможет изобретать что-то новое, по крайней мере, в обозримой перспективе. Государству при разработке новых образовательных стратегий нужно думать о воспитании творческой и креативной элиты.

Санджой Джоши, председатель индийского исследовательского центра «Observer Research Foundation» обратил внимание на то, что сегодня от доступа к технологиям зачастую зависят вопросы жизни и смерти – например, доступ к мобильной связи необходим, чтобы вызвать медицинскую помощь. «Коммуникационный разрыв» также является сегодня одной из ключевых угроз мировой стабильности. При этом технология блокчейн может выступить в качестве инструмента стабилизации миропорядка. Вместе с тем, новые технологии подрывают многое из прежнего, сложившегося годами уклада жизни многих стран. Большим вызовом для государств становится необходимость адаптации к новым реалиям, и, хотя сегодня мы наблюдаем рост национализма, но «со временем стоит ожидать роста взаимозависимости стран в сфере современных технологий».

Наоки Танака, президент «Исследовательского центра международных проблем государственной политики» (Япония) напомнил, что недавно было утверждено «новое законодательство в области защиты данных в ЕС», одним из ключевых аспектов которого является предоставление пользователям права исправлять либо стирать свою персональную информацию. Японские компании также приняли этот комплекс мер регулирования и даже переносят его на китайский рынок. Япония – страна со стареющим населением, и ей требуется «микроцелеполагание» для предоставления необходимых услуг в области здравоохранения, и государство здесь покрывает риски разработки соответствующих технологий.

Отметим, что в который раз, и на этой секции, разговор идет о более массивном участии государства в осуществлении ключевых программ общества – от России до Японии.

Министр науки и высшего образования РФ Михаил Котюков акцентировал внимание слушателей на следующих тезисах: в вопросах технологического развития нужно исходить из того, что в нем участвуют все ключевые игроки – наука, бизнес, система образования; в предыдущие годы вместе с РАН удалось пройти этот путь, а Академия Наук России взяла на себя роль «квалифицированного заказчика исследований»; на международной арене нужно кооперироваться по тем направлениям, где у нас есть высокие компетенции, и там, где мы видим наибольшие вызовы; акцент необходимо делать и на развитии инфраструктуры, и на развитии тех компетенций, которые необходимы России для вхождения в ведущие международные проекты. Нужно определить форматы взаимодействия и задать некоторые практики, выработать для себя систему государственной поддержки такого рода кооперации. Роль государства (sic!) должна быть определяющей.

Мэтью Барроуз, директор Центра стратегического прогнозирования Атлантического Совета, считает, что в условиях «новой нормальности» технологии помогут преодолеть целый ряд ресурсных ограничений. Речь идет о таких аспектах, как энергетика, продовольствие, доступ к чистой воде. Существуют опасения, что США скатываются к идее «национализации технологий», поскольку не исключают, что Китай превзойдет их в области искусственного интеллекта. При этом технологии развиваются с такой скоростью, что правительства, зачастую, не понимают картину событий – показателен пример вызова хозяина Facebook Марка Цукерберга на отчет в Конгресс США. Представляется, что если академическое сообщество разработает свод норм и правил в области технологий, это, возможно, будет способствовать установлению «новой нормальности». Государство (опять – государство, на плечи которого попавший в кризис крупнейший транснациональный бизнес хочет возложить расходы по своему спасению – С.Ф.) должно обеспечить гражданам возможность обучения в течение всей жизни, оно должно подталкивать к этому бизнес. Между технологическим сообществом и государством есть огромный культурный разрыв, который способствует возникновению проблем, говорит американский, очень уважаемый эксперт.

А слушаешь его, и удивляешься – неужели даже ведущие эксперты оттуда видят мир столь «плоско»? Что-то давно в США не вспоминали о «государстве», педалируя тему «свободы предпринимательства». А теперь вон как «заголосили» – без господдержки, мол, будущего нет… И это – очень важный маркер нынешних «Примаковских чтений». Возможно, даже это – самой главный вывод для сегодняшней мировой политики и экономики: «Без государства – никак».

В работе форума принял участие президент Национальной Ассоциации нефтегазового сервиса Виктор Хайков.

По материалам Сергея Филатова

СЛЕДУЮЩИЙ МАТЕРИАЛ РАЗДЕЛА "Новости Ассоциации"