Арктический шельф как PR

Предложения вице-премьера Трутнева по арктическому шельфу больше похожи на самопиар, чем на взвешенную оценку ситуации

Как стало известно СМИ, вице-премьер по развитию Дальнего Востока и Арктики Юрий Трутнев решил применить административный метод давления для развития арктических нефтегазовых проектов. Для этого он решил напугать госкомпании, у которых, по его мнению, надо отбирать лицензии на разведку и добычу в случае медленного развития проектов в Арктике, а также поставил в пример норвежскую модель работы на шельфе.

По данным РБК, вице-премьер направил президенту Владимиру Путину письмо, в котором заявил о срыве госкомпаниями сроков разработки арктического шельфа: с 2012 года правительство выдало 69 лицензий на разведку и добычу нефти и газа, обязав компании пробурить 86 скважин за 20 лет. Однако к лету 2019 г. было пробурено только пять скважин. Трутнев отмечает в письме, что медленное развитие проектов на шельфе связано с отсутствием конкуренции: «Роснефть» и «Газпром», а также «Газпром нефть» не заинтересованы форсировать разработку запасов на шельфе, поскольку обеспечены запасами нефти и газа на суше более чем на 20 и 100 лет соответственно. Поэтому он считает, что эти компании должны заключить с правительством инвестиционные соглашения до 2022 г. по разработке шельфа. Если же у этих компаний нет планов по запуску проектов, их нужно обязать возвращать лицензии в Роснедра.

Предложение вице-премьера уже наделало много шуму. В данном случае — из ничего, поскольку при его реализации неизбежно возникнет ряд проблем, обусловленных как техническими, так и юридическими аспектами работы в России по сравнению с Норвегией.

Идея внести поправки в закон о недрах и либерализовать доступ к Арктике не нова. Новостью стало то, что под норвежскую модель Трутнев предложил оставить госкомпании-оператору даже не 50%, а 30% в шельфовых проектах, раздав остальные доли инвесторам. Но не стоит забывать, что в Норвегии есть лишь одна госкомпания Equinor (экс-Statoil), контроль за которой полностью осуществляет государство. Например, для российской «Роснефти», в акционерах которой фигурируют зарубежные инвесторы, партнерство будет значить потерю контроля над запасами стратегического для нашей страны арктического региона.

Создание отдельной компании-оператора для этих целей, как указано в письме вице-премьера, очевидно, приведет к тому же результату, причем расчет сопутствующих административных издержек не приводится.

Но самым существенным препятствием для реализации предложений Трутнева являются секторальные санкции на поставки технологий и оборудования для шельфовой добычи, которые не позволят участвовать в подобных проектах ряду европейских и американских компаний, как это происходит в Норвегии.

Генеральный директор компании «ИнфоТЭК-Терминал» Рустам Танкаев заметил, что Трутневу просто надо демонстрировать активность в своем направлении работы: «Никакого смысла в его предложениях нет. Норвежская модель или любая другая модель хороша только в том случае, если есть материальна возможность для ее реализации. Благодаря санкциям США в России запрещено брать в аренду буровые платформы для работы на шельфе. Любая компания, которая предоставит нам платформу, немедленно получает от Соединенных Штатов извещение о том, что их деятельность на американском рынке прекращается. Поскольку рынок США самые большой в мире, эта угроза действует на крупные компании, а у мелких нет платформ», — пояснил эксперт в интервью «НиК».

Он напомнил, что попытки привлечения платформ в условиях санкций были: «На платформе, которая в Карском море открыла месторождение „Победа“, работала „Роснефть“ вместе с ExxonMobil. Политики США жестко настояли на том, что бы компания ExxonMobil ушла с российского шельфа и забрала платформу, что и произошло. Для самой ExxonMobil, уход из данного проекта стал серьезным ударом, в него были вложены огромные деньги, открыто большое месторождение, но ExxonMobil не смогла даже поставить себе на баланс эти запасы. Поэтому они лишились возможности даже увеличить капитализацию.

Таким образом, предложение Трутнева не имеет под собой никакой реальной основы. Работать на шельфе невозможно, пока у нас не будет собственных платформ»,

— рассказал Танкаев.

В сухом остатке — китайцы и саудиты. Даже их доступ к необходимым технологиям и оборудованию не сможет возместить недостаток опыта. Более того, крупные игроки не спешат участвовать в «сложных» арктических проектах, предпочитая выставлять на передовую аффилированные компании или вовсе отказываясь от проекта, как Saudi Aramco от доли в «Арктик СПГ-2» НОВАТЭКа. Отсюда вопрос: кого Трутнев хочет видеть в российской Арктике — частных инвесторов с сомнительными компетенциям в части обеспечения необходимого уровня экологической безопасности и охраны труда? Вопрос, каковы будут механизмы контроля этих частных инвесторов для сохранения хрупкой природы арктического региона, тоже остается открытым.

Отдельно стоит отметить амбиции Китая, который как минимум десятилетие интересуется Северным морским путем. Контроль над СМП — конкурентное преимущество России, и основание по ходу СМП ряда китайских добычных проектов с соответствующей инфраструктурой (не факт, что профинансированной китайцами) в перспективе поставит лидирующее положение России на СМП под угрозу.

Руководитель информационно-аналитического центра «Альпари» Александр Разуваев так прокомментировал «НиК» инициативу вице-премьера: «Я плохо отношусь к предложениям Трутнева. По моему мнению, не стоит менять политику ресурсного национализма.

Контрольный пакет на разработку стратегических месторождений должен быть в руках именно госкомпаний. Деньги у компаний есть, как и технологии. В качестве миноритариев могут быть допущены китайские компании.

Предложения Трутнева сделаны под западные компании. Пусть вначале санкции отменят, и не стоит пускать их к нашим ресурсам. Идея порочная», — заявил аналитик в интервью «НиК».

Все помнят трагедию в Мексиканском заливе, после которой BP вынуждена была не просто провести ребрендинг, но полностью пересмотреть свой подход к организации бизнес-процессов. В Арктике условия еще жестче, и любое неосторожное движение может стать началом глобального катаклизма. В такой ситуации допустить слабо контролируемое освоение Арктики иностранными частниками — просто безответственно.

В противовес опасениям в своем письме Трутнев делает акцент на экономическую составляющую. Но и с этим согласны далеко не все эксперты. В период «низкой нефти» освоение Арктики, сопоставимое по сложности с освоением Марса, становится нерентабельным без господдержки. Сумеют ли частные инвесторы привлечь достаточные средства на финансирование и организацию добычи, и какие преференции им нужно пообещать взамен?

Не окажется ли в результате, что под «компанию-оператора» (с долей не более 30%, напомним) будут выделены определенные бюджетные средства, а плоды совместной работы уйдут в частный иностранный карман?

Этот и остальные вопросы придется решать чиновникам. По данным РБК, президент России Владимир Путин перенаправил для рассмотрения письмо Трутнева министру энергетики Александру Новаку.

Помимо прочего, отраслевые эксперты считают, что предложения вице-премьера — своеобразный самопиар. По их словам, предложенные инициативы не имеют смысла в условиях относительно низких цен на нефть и американских санкций. Причем сам вице-премьер, видимо, это хорошо понимает, но для него важно изображение бурной деятельности. По мнению Рустама Танкаева, в письме президенту Трутнев решил продемонстрировать то, что он «не зря ест хлеб».

Директор Института региональных проблем Дмитрий Журавлев заметил, что предложение вице-премьера понятно с точки зрения бюрократической логики: «С точки зрения любого министра, необходима реализация всех нефтегазовых проектов в Арктике. Но совершенно непонятно почему при этом их надо отобрать у госкомпаний и передать коммерческим структурам. Можно подумать, что частные компании реализуют все проекты, за которые берутся», — указал эксперт в интервью «НиК».

По его словам, логика предложения Трутнева о допуске на шельф иностранных компаний тоже понятна: «Хорошо бы, чтобы инвестор был, а кто он будет, их не интересует.

Я сомневаюсь, что кому-нибудь захочется отобрать наши земли, а вот в том, что иностранные инвесторы будут вести работу в Арктике в интересах России, я совсем не уверен»,

— пояснил Журавлев.

Танкаев, в свою очередь, обращает внимание на последовательность действий, необходимую для работы в Арктике в условиях санкций. «У нас решена проблема ГРП, бурения горизонтальных скважин, производства ряда компонентов, все налажено, остался последний вопрос строительства платформ. Для активного освоения арктического шельфа необходимо создавать новую отрасль промышленности, условно ее можно условно назвать тяжелым платформостроением. В течение уже ряда лет компания „Роснефть“ идет по этому пути, очень много сделано. Создаются две верфи — „Звезда“ рядом с Владивостоком и „Росляково“ рядом с Мурманском. Они должны обеспечить всю гамму судов, необходимых для освоения Северного морского пути, в том числе и платформы для бурения поисковоразведочных и эксплуатационных скважин на арктическом шельфе. Это новый тип платформ, они должны быть ледового класса. Работа по созданию данного оборудования пока находится на стадии НИОКР.

Но исходя из опыта, я думаю, что максимум через пять лет мы увидим российские платформы и тогда лицензионные соглашения российских компаний могут быть выполнены и работа на арктическом шельфе войдет в нормальную колею. До этого призывать использовать какие-то модели, норвежские и какие-либо другие абсолютно бессмысленно, так как невозможно бурить скважины без буровой обстановки»,

— заявил Танкаев.

Дмитрий Журавлев считает, что идея, предложенная Трутневым, типична для российского бюрократического аппарата: «Давайте сделаем так, что бы чиновникам было удобнее». А остальное — вопросы второстепенные.

СЛЕДУЮЩИЙ МАТЕРИАЛ РАЗДЕЛА "Власть"