IT-компании ждут нефтяников

Несмотря на все усилия руководства страны по внедрению отечественного программного обеспечения, значительные прорывы в этой сфере можно пересчитать по пальцам одной руки

Прошло 1,5 года с момента выхода директивы главы Минфина РФ Антона Силуанова, предписывающей госкорпорациям в двухмесячный срок разработать четкий план по импортозамещению программного обеспечения (ПО) до 2021 г. За это время российские корпорации старались не афишировать свои достижения в области перехода на отечественного ПО. Однако 9 июля 2019 г. на выставке «Иннопром» было объявлено о том, что «Транснефть» первой в нефтгазовой отрасли перешла на российский софт.

Стоит отметить, что цифровизация стала ключевой темой выставки «Иннопром» в Екатеринбурге. На ней были особо отмечены решения корпорации «Галактика», с помощью которых политику цифровизации реализуют стратегические компании нефтегазовой отрасли, такие как трубопроводная «Транснефть», а также предприятия ОПК, среди которых КРЭТ, «Моринформсистема — Агат», Уралвагонзавод, «Алмаз-Антей» и другие.

Сообщалось, что переход предприятий «Транснефти» с SAP на решения на базе ПО «Галактика» осуществлен в 2018 г. Благодаря внедрению единой корпоративной интегрированной информационной системы управления (КИИСУ) у компании появилась возможность «оцифровывать» свои производственные объекты. К концу 2018 г. была запущена первая российская цифровая подстанция на объекте трубопроводного транспорта — она введена на ЛПДС «Уват» «Транснефть-Сибири». В проекте принял участие «НИИ Транснефть». Для создания цифровой ПС проведены одни из самых масштабных за последние годы НИОКР длительностью 1,5 года. Оборудование ПС — полностью отечественное и на 80% состоит из инновационных решений.

В корпорации «Галактика», которая работает на российском рынке ПО более 30 лет, в свою очередь, выразили надежду, что внимание первых лиц государства к вопросам цифровизации российской экономики поддержит отечественных разработчиков комплексных программных решений, которые незаслуженно остаются в тени западных конкурентов.

В этой связи стоит напомнить, что попытки подтолкнуть госкорпорации к импортозамещению в IT-сфере начались еще несколько лет назад. В 2015 г. президент России Владимир Путин потребовал начать переход на отечественный софт, а премьер-министр Дмитрий Медведев подписал постановление, запретившее госкомпаниям закупать программное обеспечение за рубежом при наличии российских аналогов. В феврале 2018 г. правительственная комиссия решила, что согласовывать планы по переходу на отечественный софт будет Центр компетенций по импортозамещению в сфере ИКТ.

Однако, несмотря на все усилия руководства страны по внедрению отечественного программного обеспечения, каких-то значительных шагов в этой области так и не произошло.

Никто из отпрошенных «НиК» экспертов и работников IT-компаний не заметил серьезного увеличения заказов по написанию отечественного софта для российских промышленных предприятий.

Ранее они отмечали, что зависимость от импортного программного обеспечения по ряду показателей в нефтегазовой отрасли достигала 90%.

Первый проректор Самарского национального исследовательского университета имени С. П. Королева, член экспертного совета при Минэнерго РФ Роман Самсонов считает, что «Транснефть» — одна из немногих компаний, далеко продвинувшихся в вопросе создания отечественного софта, но говорить о полном её переходе на отечественную IT-продукцию пока преждевременно.

«Транснефть» давно работает в данном направлении, как и другие крупные российские нефтегазовые компании. У нее большой объем заказного софта для конкретных технологических нужд, который заказывается в России. Но если посмотреть на реальную ситуацию, объем закупок импортного софта, по сравнению с российским, гораздо больше.

Чтобы быть уверенным в полном переходе «Транснефти» на отечественное ПО, надо проследить порядок обновления действующих софтов»,

— заявил эксперт в интервью «НиК». Он отметил, что «Транснефть» использует много программ Siemens.

«Если Siemens уже стал российской компанией, то можно сказать, что большая часть, используемого „Транснефтью“ софта, отечественная», — пояснил Самсонов.

По его информации, госкорпорации не выстраиваются в очереди, чтобы сделать заказы российским производителям, потратив серьезные суммы на эти заказы.

«Даже если объявляются конкурсы, фигурируют небольшие суммы. И продолжается использование западного софта. В Ассоциации производителей отечественного ПО говорили, что объемы заказов на разработку отечественного ПО минимальные, по сравнению с западным. Импортный софт продолжают закупать, причем зачастую через страны-посредники. Заключение экспертизы для осуществления подобных закупок звучит так: в связи с тем, что софт не может быть заменен, единственным поставщиком становится зарубежная компания», — рассказал эксперт.

Он пояснил, что в результате такой политики закупок нефтегазовые компании, с одной стороны, не увеличивают объемы заказа российским разработчика, а с другой, отечественные IT-компании не в состоянии за свой счет создавать крупные продукты.

«Активнее продвигаются наши софтовики, разрабатывающие программы в области безопасности, Cyber Security. В этой сфере есть определенные достижения, но все равно они составляют не очень большой процент от общих закупок. Я бы не констатировал серьезные изменения в данной области»,

— указал Самсонов.

Он напомнил, что для создания и адаптации программного обеспечения требуются большие ресурсы и много времени.

«Когда мы в экспортном совете по технологическому развитию отрасли при Минэнерго пытаемся проанализировать ситуацию, понимаем, что у промышленности недостаточно сил, средств и ресурсов для создания комплексных систем. Один из верных ходов — кооперация сотрудничества компаний, объем опытом и знаниями, которые у них есть, использование уже имеющихся разработок. Меры господдержки, привлечение научно-образовательных центров должны стимулировать заказ отечественным производителям и вузам, но этот процесс только начинается», — резюмировал эксперт.

Представители отечественной IT-отрасли, просившие не называть их фамилии, также заметили, что значительного роста заказов в связи с ожидаемым переходом госкорпораций на отечественный софт они не заметили. Однако они считают, что отечественные аналоги иностранного ПО для работы промышленных предприятий существуют, кроме, пожалуй, очень узкоспециальных. Они находятся в разной степени адаптации. Тем не менее в случае каких-либо форс-мажорных обстоятельств эти программы можно быстро задействовать.

Президент фонда «Основание» Алексей Анпилогов в интервью «НиК» отметил, что может только приветствовать процесс перехода госкорпораций на отечественное программное обеспечение.

«По опыту аналогичных проектов, ведущихся не только в России, но и в других странах (например, в Китае тоже есть программа импортозамещения), можно говорить, что речь идет о переходе на так называемое программное обеспечение с открытым исходным кодом. Это в основном системы Linux, которые не являются проприетарными — защищенными авторским правом, а распространяется со свободной лицензией. Наиболее популярная подобная система — Android. Системы Linux популярны, в том числе и у военных, в ответственных программных приложения для атомных станций, трубопроводов.

Вынужденное и даже безалаберное использование проприетарных систем с закрытым кодом, таких как Windows, было опасным путем для России. И то, что мы с него в конечном счете собираемся сходить, не может не радовать.

Я знаю, что подобные проекты ведутся в Министерстве обороны; крупные корпорации стараются перейти на подобное программное обеспечение, чтобы не зависеть от западных монополистов», — заявил эксперт.

По его словам, требование правительства по переходу на отечественный софт будет драйвером положительных изменений в этой сфере.

«Госкомпании уже сталкивались с давлением со стороны западных корпораций. Windows нам пока не блокировали, а вот популярные шрифты в Windows были заблокированы для госорганизаций РФ. Это была проблема, поскольку некоторые документы оптимизированы именно под эти шрифты. И госорганизациям пришлось переходить шрифты, находящиеся в открытом доступе. Процесс перехода на программы с открытым исходным кодом — объективный. Он диктуется требованием устойчивости бизнеса по отношению к санкциям, по отношению к проблемам международного рынка технологий. Недавний пример — китайская корпорация Huawei, которую пытались таким образом вытеснить с рынка. Сейчас нарастает скандал между Южной Кореей и Японией; японцы перекрыли корейцам высокотехнологичные сферы в связи с тем, что они требуют компенсаций за колониальный период. Происходит дефрагментация единого глобализованного пространства. И как следствие возникают риски, поскольку проприетарное программное обеспечение с закрытым исходным кодом используется в условиях сложного договора аренды. И если в России будет создана своя операционная и в идеале аппаратная система, собственные чипы — это будет большой шаг вперед», — пояснил Анпилогов.

Екатерина Вадимова

СЛЕДУЮЩИЙ МАТЕРИАЛ РАЗДЕЛА "IT"