«Сланцевый миф» против американской нефтепереработки

США убирают с нефтяного рынка конкурентов — Иран, Венесуэлу — но при этом сами остаются нетто-импортером нефти, и даже сланцевая добыча не исправляет ситуацию

США в очередной раз призвали мировое сообщество отказаться от иранской нефти и запретить заходы в порты иранским танкерам. Однако пока непонятно, что могут предложить нефтяному рынку сами Соединенные Штаты, которые, несмотря на все усилия сланцевого сектора, остаются нетто-импортерами черного золота.

На днях госсекретарь США Майкл Помпео заявил, что Соединенные Штаты смогут полностью обеспечить потребности нефтяных рынков при сохранении односторонних санкций в отношении нефтяного сектора Ирана.

«Нам удалось изъять с рынков почти 2,7 млн барр. сырой нефти, лишив таким образом Иран средств, предназначенных для проведения кампании террора по всему миру. И нам при этом удалось обеспечить полностью поставки на нефтяные рынки. Я убежден, что мы способны делать это и в дальнейшем», — сообщил госсекретарь.

Напомним, что Вашингтон наложил жесткие санкции и на нефтяной сектор Венесуэлы, убрав, главным образом со своего энергорынка, сырье из этой страны. Однако эти шаги имели серьезные последствия для самих Соединенных Штатов.

Американский нефтеперерабатывающий сектор сильно зависит от венесуэльского черного золота, поэтому был вынужден искать ему замену, найдя ее в российской Urals.

Согласно статистике Управления энергетической информации (EIA), Россия значительно увеличила поставки нефти и нефтепродуктов в США: в мае 2019 г. российское сырье составило 5,7% всего американского нефтяного импорта. В общей сложности Соединенные Штаты закупили 17,4 млн барр. российской нефти и нефтепродуктов. По данным Федеральной таможенной службы (ФТС), экспорт нефти и нефтепродуктов из России в США за первое полугодие 2019 г. достиг почти $3 млрд против $1,6 млрд за тот же период годом ранее.

Судя по всему, сланец не спасает американскую нефтепереработку. Более того, несмотря на торговый протекционизм Вашингтона, сланцевые компании не могут выйти даже на самоокупаемость. В начале августа заявление о банкротстве подала компания Halcon Resources, прибыль Concho Resources упала на 25%. Whiting Petroleum из-за финансовых проблем была вынуждена объявить о 30-процентном сокращении штата.

По данным аналитиков, за 10 лет 40 крупнейших сланцевых компаний потратили почти на $200 млрд больше, чем заработали. В 2018 г. Уолл-стрит вложила в отрасль вдвое меньше, чем в 2017 г. Американский инвестбанк Goldman Sachs предупредил, что к 2025 г. сланцевый сектор может совсем потерять экономическую привлекательность. Эксперты Sightline и вовсе считают, что сланцевый сектор США является «спекулятивным предприятием с сомнительными перспективами».

Справедливости ради надо отметить, что, несмотря на банкротства и долги сланцевых компаний, сектор по-прежнему является эффективным инструментом давления на нефтяной рынок.

Это одна из главных его функций, к физическим поставкам нефти сланцевая нефть имеет весьма опосредованное отношение.

Отраслевые эксперты отмечают, что за последние несколько лет США действительно сделали большой шаг вперед в области импортозамещения в энергетике, но это произошло не за счет добычи нефти, в том числе и сланцевой, а благодаря значительному увеличению производства нетрадиционных моторных топлив. При этом Соединенные Штаты остались нетто-импортерами нефти.

Генеральный директор компании «ИнфоТЭК-Терминал» Рустам Танкаев в интервью «НиК» пояснил, что иранской нефти на рынке не так много, так как страна не является крупнейшим поставщиком на мировой энергорынок.

«Американские санкции привели к экономическому спаду и несколько уменьшили внутренний рынок топлива в Иране. Тем не менее уровень потребления бензина в этой стране достаточно высокий, а экспорт нефти постоянно сокращается. Поэтому влияние иранской нефти на мировой рынок достаточно мало. Она занимает на мировом нефтяном рынке 3–5%, и объем падает, когда в стране начинается экономический подъем. До введения первых санкций в 2010 г. в Иране настолько сильно выросло потребление нефти на внутреннем рынке, что нефтяных денег стало не хватать на дотации населению. В тот момент до 85% населения получали дотации. Тогда же было принято решение об активизации разработки газового месторождений „Южный парс“, чтобы заменить „нефтяные“ доходы бюджета на газовые», — рассказал эксперт в интервью «НиК».

Он отметил, что тенденция ухода Ирана с нефтяного рынка никуда не делась, а заявление США о замене иранской нефти дважды бессмысленно: во-первых, роль иранского экспорта нефти постоянно снижается, во-вторых, американцы действительно никак не могут заменить иранскую нефть.

«США остаются нетто-импортерами. У них был момент выхода на полное самообеспечение, но это было связано в первую очередь с ростом производства нетрадиционных видов жидких топлив, таких как метиловый спирт и синтетический бензин из метана»,

— указал Танкаев.

Эксперт напомнил, что все любят говорить о сланцевой нефти, а нефтепродукты из нетрадиционных жидких топлив по объему производства превышают сланцевую нефть.

«В 2018 г. в США добывали 5,5 млн барр. сланцевой нефти в сутки, а жидких топлив, не имеющих отношения к нефти, производилось 6 млн б/с. Это очень серьезный фактор, влияющий на мировой рынок. Но когда публикуется американская статистика, к добыче нефти приплюсовываются и нефтепродукты. По американским расчетам получается, что они добывают нефти больше, чем РФ. Это искажение действительности: если сравнивать производство именно нефти, то Россия добывает значительно больше этого сырья», — пояснил Танкаев.

Отвечая на вопрос, как санкционное давление США может отразиться на российском нефтяном экспорте, он напомнил, что доля РФ на рынке нефти и нефтепродуктов составляет более 20%.

«Нашу нефть на рынке заменить нельзя, и трогать ее ни в коем случае не стоит. Это касается и нефти, и газа. Если препятствовать российскому энергетическому экспорту, то вся мировая экономика рухнет, в том числе экономики США и ЕС»,

— завил эксперт.

По его словам, традиционно Россия не экспортировала нефть в Соединенные Штаты.

«Американцы не хотели покупать нашу нефть, потому что считали, что такого рода экспорт угрожает их национальной безопасности. Однако после отказа от венесуэльской нефти у них возникла серьезная дилемма. Венесуэльская нефть низкого качества, но дешевая. Сланцевая очень дорогая, но высококачественная. Если делать бензин для американского рынка только из сланцевой нефти, он подорожает минимум в полтора раза, что вызовет социальное негодование в обществе. Поэтому американские НПЗ использовали для переработки смесь из дешевого венесуэльского сырья и дорогой сланцевой нефти. Плюс к этому огромный объем производства моторного метилового спирта», — заметил Танкаев.

Он пояснил, что эти факторы очень важны для американской экономики.

«Когда американские заводы вынудили отказаться от венесуэльской нефти, им надо было срочно найти замену. К сожалению, решения политиков имеют очень серьезные экономические последствия, которые, как правило, не просчитываются. Единственная массовая дешевая нефть, которая могла заменить венесуэльскую, — российская Urals. Он соответствовал тому, что нужно было для сохранения приемлемых цен на бензин на американском рынке. Политики покупку российской нефти не одобряют, но американским заводам надо как-то выходить из положения. Социальная напряженность, которая может возникнуть из-за роста цен на бензин, превышает те риски, которые возникают из-за импорта российской нефти», — рассказал эксперт.

Он считает, что новые антироссийские санкции, которые могут вступить в силу, совершенно безразличны для российских нефтяных поставок на американский рынок.

«Напрямую наши компании на американский рынок выходят с очень ограниченными объемами. В основном это перепродажа через посредников. Рынок нефти достаточно велик. Сейчас его атакует только серьезный рост мирового производства нетрадиционных жидких моторных топлив», — указал эксперт.

Стоит отметить, что нефтяные компании России очень внимательно относятся к угрозе новых санкционных ограничений со стороны США.

По данным Reuters, «Роснефть» сообщила своим покупателям, что переводит новые контракты на экспорт нефтепродуктов на оплату в евро. Официального подтверждения данной информации со стороны «Роснефти» не последовало. Однако, если крупнейшая в мире нефтегазовая компания уйдет из долларовой зоны, это будет плохим знаком для американской валюты. Ее примеру могут последовать и другие. В настоящее время переход на расчеты в других валютах может стать главным результатом санкций, которые так щедро раздает американская администрация.

СЛЕДУЮЩИЙ МАТЕРИАЛ РАЗДЕЛА "Мир"